Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 87 – Тамара Шатохина

Я не была специалистом по выпечке чистой продукции, а для себя одной вообще почти не готовила, но была немного в курсе технологий, а еще помнила рассказ прабабушки о том, как, выйдя замуж, она впервые пекла хлеб сама. Он получился красивым и пышным, но горьким просто до невозможности – нельзя было есть. Соседка объяснила в чем ошибка и бабушка поплакала, а потом и легко посмеялась вместе с дедушкой – они были чудесной парой, удивительной…

— Мы с Аннет чисто убрали дом, но сейчас в нем опять смердит, вы должны были слышать – еду носили через парадное крыльцо, не вытирая ног от навоза. Вам, как мужчине, конечно, может быть все равно на такое понятие, как чистота…

— Отложим этот разговор, - развернулся Ризли и прошествовал обратно в дом. Именно прошествовал – даже с голыми ногами и только в рубахе выглядел он авторитетно.

Бабища поклонилась ему, пропуская в дом. Он молча прошел мимо нее. Ну, дальше как-то сами… развернулась я и прогулочным шагом отправилась к опушке леса. Возвращаться в дом не хотелось даже чтобы поесть – везде шмыгали слуги, которых я не знала, по двору ходили люди Ризли и его гостей. Сами гости, хорошо вчера употребив, да и устав тоже, еще спали. Что подняло в такую рань хозяина – неизвестно. Но незнакомая женщина разбудила и меня, особо не церемонясь:

— Миледи, вас ждет милорд. Поспешите. Вам помочь с одеванием?

Я даже завтракать не хотела, хотя второй и последний прием пищи должен был состояться только вечером. Дом переставал чувствоваться своим, а я – уверенной в себе.

Сейчас за мной опять приглядывал Сай. Шел сзади, не приближаясь и не надоедая. А я старалась отвлечься, наблюдая за бабочками и пчелами, срывала цветы, нюхала, дышала ими и аромат летнего разнотравья мысленно отсылал меня домой – туда… Много было совсем низких, практически рассыпавшихся уже пеньков. Очевидно, поляна, на которой стоял дом, была рукотворной – деревья вырубили шире, чем нужно для построек. Наверное, чтобы улучшить круговой обзор – мало ли?

А еще было жарко. Парило, как к грозе. Просто адское пекло – вот правильное название такой погоды. Самый излом лета, самое то…

— Сай… Можно, я буду обращаться к вам – Саймон? Красивое же имя… - замялась я. Будто и не думала ни о чем таком конкретно, но как-то вдруг решилась. Решилась сделать уже хоть что-то.

Мужчина слегка поклонился.

— Я поняла уже, что вы знаете счет. Это так?

Он склонился повторно.

— Хорошо. Значит и письмо тоже. Не подумайте, что этот наш разговор наедине – чтобы как-то обидеть вас… или еще что. Но я хочу спросить вас о личном, не злитесь только, пожалуйста. Я хорошо отношусь к вам – как к другу.

Мужчина внимательно смотрел на меня. И я брякнула:

— Вам же нравится Аннет? Простите за вопрос, понимаю, что не имею права…

А он опять склонился передо мной, а разогнувшись, кивнул, настороженно глядя в глаза. И я заулыбалась… фухххх…

— Она хорошая девочка. И что она вот так… с милордом – это не ее выбор. Клеймо на всю жизнь – дочь палача… я хочу, чтобы вы знали и это тоже. Чтобы никаких сюрпризов потом и недомолвок. Вы уже знаете… - поняла я по абсолютно спокойному лицу, - и все равно она вам нравится – неудивительно, мне она тоже нравится, как человек. И вы подходите ей, Саймон… я была бы спокойна за нее.