Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 98 – Тамара Шатохина

— Благодарю вас, миледи, спаси вас Господь! И простите, простите меня! - снова расплакался Бенсон, подползая на коленях к колоде, и укладывая на нее трясущиеся пальцы.

Палач взмахнул мечом… вздох за спиной совпал с ударом по колоде. Потом Бигли моментально выхватил из костра раскаленную железную полосу и быстро приложил ее к срезу. Запахло паленым мясом.

Ризли обернулся к жене – она огромными глазами смотрела на пальцы, валяющиеся у колоды.

— Далее – за неподобающее, недостаточно подобострастное отношение к моей жене и своей хозяйке… Лизабет, жена Бенсона, приговаривается к двум десяткам ударов сырой плетью - ниже спины.

— М-мне могло показаться, милорд, - положила Джейн руку ему на спину.

— Милостью леди Ризли количество плетей уменьшается вдвое. И еще - управляющим в этом доме отныне является Саймон Саймонс, ранее известный, как Сай. Это все! Приступай, Бигли! - скомандовал Ризли и, развернувшись к жене, подал ей руку, уводя к парадному входу по дорожке, огибающей дом. Вслед им неслись звуки шлепков мокрой плети по телу и короткие женские вскрики.

— Жалеет, - отметил Ризли, - а не следовало бы. Я никому не позволю относиться к вам без должного уважения. Непонятно – почему молчала Джейн… ранее?

— Знала, что так будет? – мертвым голосом поинтересовалась жена.

— Все это знали, - удивился Ризли, - но при этом позволяли себе недопустимое. Вы необыкновенно милостивы, следовало отсчитать два десятка - не принимая во внимание вас, она не принимала и меня. Но я прислушался к вам, - заглянул он в глаза женщине.

— Благодарю вас… Томас, - прошептала она.

Проводив ее до комнаты, довольный собой и ею Ризли попрощался, не отказав себе в поцелуе.

У него было хорошее настроение и далеко идущие планы – сделать из двух Джейн одну, но идеальную жену для себя. И дети… он чувствовал, что теперь они обязательно будут – умозаключения новой Джейн казались ему не просто разумными, но и единственно верными.

Седло похоже было на корзину или гнездо и все было так, как он и обещал – мягкая подушка под задницу и подпорки для стопы и согнутого колена.

— А пойдет дождь? - на что-то еще надеялась я, разглядывая приспособление и уже отчетливо предчувствуя….

— Видите эти отверстия? – любезно объяснял Ризли, - сюда вставят связанные друг с другом шесты. На них закрепят провощенную накидку.

— Да, понятно. Благодарю вас, - вспомнилось мне, как телепалась на верблюде Анжелика. Там было подобное сооружение.

Два дня пролетели мимо мозга. Я чувствовала себя запрограммированной функцией. И перейти к управлению у меня не получалось – адрес первой инструкции был связан с другим оператором. Велел он и я делала, морща лоб и стараясь угадать неозвученные для меня частности. Жила эти дни, отвлекаясь воспоминаниями о детях и маме. О работе не хотелось и ее не хотелось, но лучше уж было о ней - думать об отрубленных по моей вине пальцах было почти невыносимо. Вспоминать мужские слезы, рабскую покорность, с которой он полз – невыносимо!

Я, можно сказать, переосмысливала сейчас…

Когда-то я с пеной у рта доказывала одному из своих знакомых, что отмена в стране смертной казни была преждевременной. Больше того – ее отменили те, кто в первую очередь планировал заняться вещами, таким образом наказуемыми – хищениями в особо крупных размерах, например. Я была за справедливость, как иначе? А где она сейчас? Поднесли на блюдечке серый хлеб вместо белого и недостаточно низко поклонились?