Книга Анатомия обмана, страница 184 – Татьяна Ларина

— Идет.

Дома меня встретил аппетитный запах мясного бульона, сдобренный чесноком. Мама варила свой знаменитый борщ. Услышав меня, она выглянула из кухни и позвала посидеть с ней.

— Бабушка отдыхает, так что поболтаем здесь. – Мама закрыла за мной кухонную дверь и поспешила вернуться к плите. – Будешь чай?

— Нет, мамочка, у меня почти нет времени. – Я выдвинула из-под стола табурет и уселась на него.

— Как?! – мама резко развернулась ко мне. – Опять уходишь?

— Мам, я должна тебе сказать, почему осталась в Романовце на самом деле…

Я не подбирала слов и говорила все как есть: о разговоре с Пороховщиковым, его уверениях, что папино дело откроют, о моих последующих звонках в пустоту и походу в отдел полиции. Мама внимательно слушала, лишь изредка тяжело вздыхая.

— И теперь, когда появился этот человек, мы не можем отступить. Если он действительно отец Ками, то, найдя его, нам будет проще докопаться до истины и доказать, что папа не имеет отношения к смерти Марины.

— Лина, мне это все не нравится. Даже следователь уехал из города. Дорогая, не лезь ты в это дело.

— Но папа…

— Знаю, только его уже не вернуть, а я не хочу потерять еще и тебя. Да и потом, у людей память коротка. Смотри, в пекарне снова есть гости. Никто больше не говорит про отца плохо.

— Но все равно его считают убийцей! Я не могу жить, зная, что для многих он преступник, который ко всему прочему изменял тебе! И именно потому, что обязана доказать папину невиновность, я никому не позволю себе навредить. Кто бы за всем этим ни стоял, я буду в два раза умнее, в два раза быстрее и сильнее, чем он. Этот мерзавец ответит за то, что сделал. Я не успокоюсь, пока он не окажется за решеткой.

— Я тебя не отговорю, – печально заключила мама. – И куда сейчас ты собралась?

— Мы с Ильей едем в санаторий, который раньше был тем лагерем, где Марина забеременела. Директриса лагеря как раз сейчас там, и кое-кто из администрации тоже. У нас есть старая фотография ее смены, возможно, нам подскажут, кто из ребят отец Камиллы.

— С Ильей? – мама строго посмотрела на меня.

— Не начинай, пожалуйста! – разозлилась я. – Мы с ним напарники, друзья… К тому же он теперь и твой бизнес-партнер. Пора тебе менять свое отношение к нему. Не уподобляйся кретинам из Романовца, которые любят клеймить людей просто так!

Мама обиженно поджала губы и отвернулась. Никогда не думала, что она может быть такой злопамятной. Даже я простила Романову его юношеские проступки, а ведь он попортил мне много крови. Люди меняются и, если эти перемены к лучшему, заслуживают получить второй шанс. Илья поддержал меня после предательства Игоря, оказывался рядом в самые трудные моменты – носил со мной в полицию дохлую крысу, приносил бананы, когда я болела, стал поддержкой нашему бизнесу, в конце концов… Конечно, мама не знала всего, но должна была видеть, что сейчас он совсем не таков, каким был в шестнадцать.

Я посмотрела на часы. Прошло уже больше получаса, Илья скорее всего уже был готов к выезду, а я еще даже не собрала вещи. Мама молча помешивала борщ. Обычно, когда у нас случались размолвки, мы обе немного выжидали, чтобы успокоиться и продолжить разговор, но сейчас на это не было времени. Я быстро написала Илье СМС, что я все еще дома, и, отложив мобильный, обратилась к маме: