Книга Анатомия обмана, страница 224 – Татьяна Ларина

— Ну… хм… по-дружески.

— Нравится мне ваша дружба, – довольно улыбнулась бабуля и, не дав нам ничего сказать, воскликнула: – О! Вот и Галочка!

Мама заметно оживилась за те пару часов, что мы ее не видели. Слезы высохли, щеки разрумянились, глаза снова блестели. Она выпекла противень пирожков, приготовила расстегай и дюжину пирожных. Готовка всегда помогала ей бороться со стрессом, и сегодня кухня послужила мощным антидепрессантом.

— А где Лиска? – спросила я, не усмотрев девочку.

— Она там украшает сладкие пирожки. Дала ей упаковку сахарных звездочек, пусть развлекается.

— Галина Дмитриевна, я хотел поговорить с вами о пекарне, – перешел к делу Илья.

— А что тут говорить? У меня есть две недели, чтобы куда-то переехать. Машуля обещала посмотреть объявления по Романовцу. Да, Маш? – крикнула ей мама.

Маша, которая обслуживала гостей, вряд ли слышала, о чем мы говорили, но в ответ улыбнулась, давая понять, что согласна на все, что бы мы ни предложили. Стало приятно, что с мамой работает такая замечательная девушка. Когда рядом друг, даже самое большое несчастье перенести легче. Жаль только, что из этой затеи ничего не получится. Инна Михайловна никому в Романовце не позволит сдать маме помещение в аренду. Можно, конечно, попробовать арендовать место для пекарни на подставное лицо, например, ту же Машу, но рано или поздно мегера обо всем прознает и снова оставит маму ни с чем.

— Можете не искать, я уже нашел для вас площадь, – неожиданно заявил Илья.

— Что?! – удивилась мама.

— Я давно хотел перепрофилировать бургерную в нечто более приличное. Конечно, сейчас я не могу полностью изменить концепцию, но вполне получится отделить часть зала и отдать вам. Пекарня работает в дневное время, а в бургерной народ в основном вечером. Днем у нас бизнес-ланчи с вашими пирожками, так что мы вполне можем скооперировать бизнес. Что скажете?

Кажется, такого предложения никто из нас не ожидал. Когда Илья заговорил о решении проблемы, я была уверена, что речь пойдет про каких-нибудь очередных знакомых, кто был бы готов сдать маме зал и небольшую кухоньку, не боясь Филатовой, но работать вместе бок о бок… К тому же, для Ильи отдать часть зала под пекарню рискованно, ведь основной доход приносит бар по вечерам, а так он сократит количество гостей.

— Илья, я, конечно, тебе благодарна, но все-таки будет лучше поискать что-то другое в Романовце, – наконец отойдя от шока, заговорила мама.

— Я не настаиваю, Галина Дмитриевна. Только, боюсь, что Филатова не даст вам жизни. Мы с Линой говорили с ней, эта женщина настроена решительно. Она хочет помешать вашему бизнесу, – Илья выложил все как есть, несмотря на то, что я пихнула его ногой под столом. Маме совсем незачем знать подробности, хватит с нее волнений.

— Илья, но… я если я приму твое предложение, проблемы могут быть у тебя!

— Нет, я не арендую залы, бургерная полностью принадлежит мне. Мы давно выкупили помещения, поэтому Филатова ничего не сможет сделать. У меня есть две больших кладовых, которые нам не так сильно нужны. Одну оставим как хозкомнату, за счет второй расширим зал. Я не останусь в убытке.

— Ой… столько всего… – мама приложила ладони к своим горящим щекам, в ее глазах заблестели слезы. Я чувствовала, как она взволнована и как боится принять предложение Ильи.