Книга Мелодия двоих, страница 65 – Амарисса Ли

— Прекрати, Полина. Я хорошо вожу машину. Нареканий не было.

Саша умолчал о том, что он стал учеником сначала деда, а потом отца. Гонял на развалюхе с рычащим мотором по селу. Правда, несколько раз влетел в кювет, и его за это отчитали — но экзамены в автошколе он сдал идеально. Не с первого раза, конечно, но всё же сдал.

— И всё же: смотри на дорогу. Я живу всё там же.

— У парка Победы? — нахмурился Саша, вспоминая примерный адрес Ивановой.

— Да, ты помнишь?

— Ну, территориально — да, а вот конкретно — нет.

— Я покажу, — сказала Полина.

Саша выехал на пустынную дорогу, останавливаясь на светофоре. Он быстрым движением включил радио и расслабленно сел, смотря в окно. Его посещали дурные мысли, с которыми остаться один на один было страшно. Он не представлял, как ему придётся выдержать полную похоронную процессию, сохраняя самообладание.

Он уверенно вёл автомобиль, не превышая скорости. Был достаточно осмотрителен и внимателен, практически не смотря на Иванову, которая откинула голову на подголовник и уставилась в окно, за которым простирался ночной город.

У него внутри что-то болезненно сжималось. Что — не понимал. То ли сердце, то ли желудок, то ли всё вместе.

Ему было неспокойно, и он глубоко вдохнул, когда услышал тихий голос девушки:

— Я позабочусь о пятой теплице, пока тебя не будет.

Он едва сдержался, чтобы не сказать, что не хотел бы туда возвращаться, ведь цветы — это жёсткая насмешка, больное напоминание о дедушке.

— Было бы неплохо.

— За парком надо повернуть, так будет ближе, — сказала она, когда они проехали несколько кварталов.

Он кивнул.

Саша сделал так, как она просила: повернул за парком и проехал два квартала, потом вновь повернул в жилой район, усеянный панельными домами.

— Тридцать шестой, — сказала она, когда они проехали несколько домов.

Фихнеев повернул к бело-серой панельке, слегка замедляя движение.

— Можешь высадить меня тут, — сказала она, когда только-только въехали во двор.

Саша бросил на неё мрачный взгляд, и Полина поспешно сказала:

— Второй подъезд. С этого въезда.

Он остановился возле подъезда. Она отстегнула ремень, поворачиваясь и мягко улыбаясь.

— Спасибо, что подвез!

— Обращайся, — ленивая усмешка.

— Спокойной ночи, Фихнеев.

Она открыла дверцу и собиралась было выйти, как ей в спину прилетело:

— Спасибо, Полина.

Иванова обернулась, смотря на него удивлённым взглядом.

— Доброй ночи, — закончил Саша.

Кивнув, она быстро убежала в подъезд, чтобы не показывать, насколько сильно была удивлена подобному поведению. Её затрясло, как только закрылась металлическая дверь, и она вдавила кнопку лифта, прикрывая глаза.

— И что это было?

* * *

Полина проснулась с горечью во рту.

Она провела рукой по лицу, пытаясь смахнуть сонливость. Легла поздно — около трёх часов ночи, когда полностью приготовилась ко сну и успокоилась от мысли, что она действительно поехала на чёртов заброшенный причал и нашла его.

Полина отказалась от самоанализа своих действий — не хотела докопаться до истины, чтобы понять, почему поступила именно так, а никак иначе. В любом случае, она осталась довольна выбранным решением.

Она не знала, каково это — терять близкого человека. Саша внешне был сдержанным и обычным. Немного смешным, забавным и вполне расслабленным, но Полина знала, что он специально скрывал свои эмоции, чтобы не показывать боль и переживания. Его сердце разрывалось на маленькие кусочки, когда губы усмехались.