Книга В рамках дозволенного, страница 126 – Валерия Савельева

Я покачала головой, понимая, что не первая. И, кажется, не последняя. Но я совсем не понимала Алексея. Он говорил о сыне, и в его голосе звучала гордость – но и лед. Свобода? У Тима? Почему-то мне в это не верилось.

— Он уже два года наслаждается жизнью: вечеринки, клубы, кино, девочки от шестнадцати до бесконечности. Последних не считал, сбился на десятой. – Алексей перечислял с наслаждением и выжидательно смотрел на меня, следил за реакцией. – Полная свобода при ощущении контроля. Будущему лидеру не помешает испытать ограничения на собственной шкуре. Если потом останется без контроля и не сорвется – молодец.

Я задумалась. Будущему лидеру… А разве родительская забота лидеру не нужна? Спросить не удалось, Алексей продолжил:

— К тому же Алевтина волнуется, считает, что сыну нужны гувернантки. А для нее я готов на многое.

Меня начинало подташнивать от того, что находилась с ним в одном кабинете. И от мыслей, мыслей, мыслей. Их было слишком много. Мысли кружились, толкались, старались завоевать главенствующее положение. Любит ли он сына? Зачем воспитывает так? Он готовит из Тима преемника, но в то же время не пытается ввести в курс дела. Ведь так?

Я сглотнула, глубоко вздыхая. Какими бы ни были ответы, мне их не найти.

— И для сына тоже, – добавил Алексей Андреевич. – Так что, вы согласны остаться? Попробуем убить двух зайцев? Алевтина желает, чтобы у сына была гувернантка, я хочу, чтобы Тим с этой гувернанткой ладил.

— Но…

— А с вами, насколько я сегодня заметил, он ладит отлично. Вы очень близко познакомились.

Губы мужчины растянулись в улыбке. Довольной, но странной. Чем дольше я смотрела на него, тем сильнее сдавливало горло. Мысли успокаивались, уступая место одной. Наконец, сердце екнуло, а я выдавила:

— Это не то, о чем вы подумали.

— А о чем я подумал? Не беспокойтесь, Лада, за это я вас не уволю и даже не выпишу штраф. Мне неважно, сколько и как вы трахаетесь с моим сыном, пока он дома, пока он предохраняется и не шляется по малолетним шлюхам.

У меня не было слов. Секунд десять я сидела и беззвучно открывала и закрывала рот, как рыба. Ошарашенная, глупая девушка, которую отец семейства только что обвинил в сексуальной связи с его сыном. Когда, черт побери, ничего не было, кроме пары жарких поцелуев и эрекции!

На место онемению пришла ярость. Дикая и неконтролируемая, заставляя меня вскочить и выпалить:

— Да как вы смеете? Я не сплю с вашим сыном!

Мой голос прозвучал слегка визгливо, но когда на кону стояла честь…

— Да-да, я заметил, как вы вчера в коридоре «не спали», – Алексей махнул рукой. – Лада, успокойтесь, я вас не обвиняю. Во-первых, Тимофей красивый молодой человек, с которым не грех переспать. Мужчина. Юное, страстное тело, бесконечная энергия. Во-вторых, если после того, свидетелем чего я стал, вы не продолжили, я очень разочаруюсь в Тиме. – Он вздохнул, сложил пальцы пирамидкой и устремил на меня прямой, пристальный взгляд. – Я бы в свои восемнадцать соблазнил вас дня за три. И весь месяц оттягивался на полную.

После этих слов меня поразил новый приступ немоты. Слов не осталось. Никаких. Не было и сил развернуться, хлопнуть дверью и свалить из этого дома. Отец, который дает своей работнице разрешение на секс с его сыном. Как это понимать? Как оскорбление? Или благословление?