Книга Между двух огней. Второй шанс, страница 73 – Яра Славцева

— И я.

Я улыбнулась. Он повернул голову.

— Что?

— Я думала, ты скажешь что-то красивое. Типа "нет, у нас великая любовь".

— У нас великая любовь. И очень странная история. Одно другому не мешает.

Я смотрела на ночной город и думала, что, возможно, именно такие разговоры и есть счастье. Не большие сцены, не клятвы, не драматические выборы. А способность сидеть рядом в тишине после всего и не разваливаться от нее.

Потом он вдруг положил ладонь мне на живот. Очень осторожно. Смотрел в темноту.

— Привет, — сказал тихо.

Я повернулась.

— Ты это кому?

— Жителю.

Сердце у меня дрогнуло.

— Он тебя не слышит.

— А я все равно буду говорить.

И вот именно в этой секунде я поняла, насколько глубоко он уже включился в этого ребенка. Без права. Без гарантий. Без крови. Просто сердцем. И если потом ему будет больно еще сильнее, я, возможно, не прощу себе этого никогда.

Будто прочитав мысли, он взглянул на меня и сказал:

— Не смотри так. Я взрослый мужчина. Я сам знаю, куда влез.

Господи. Ну почему он все время успевает раньше моих страхов.

---

Глава 96

Глава 96

Поворот пришел вечером в пятницу. Я возвращалась из клиники после обычных анализов, когда у дома нас ждали. Не Артём. И не его мать. Двое мужчин в костюмах и женщина с папкой. Юристы. Официально. Прямо у подъезда.

У меня ноги стали ватными еще до того, как мы вышли из машины. Дамир сразу напрягся. Я почувствовала это по одному тому, как он выключил двигатель. Очень тихо. Очень аккуратно. Как делают хищники перед прыжком.

— Не дергайся, — сказал он.

— Я и не…

— Дергаешься.

Конечно. Даже голос у меня задрожал, хотя я еще ничего не услышала.

Один из мужчин подошел, когда мы вышли. Вежливо. Без нажима.

— Добрый вечер. Мирослава Воронцова?

— Да.

— Мы представляем интересы Артёма Соколова. Просим вас ознакомиться с уведомлением.

Я даже не взяла бумаги.

— Через моего юриста.

— Здесь также указано требование о временном обеспечении возможности контроля медицинской информации, учитывая высокую вероятность отцовства…

Я почувствовала, как рядом каменеет Дамир. Еще секунда — и будет взрыв. Нет. Только не так.

Я подняла руку, останавливая и юриста, и Дамира одновременно.

— Стоп. Во-первых, вы больше никогда не подходите ко мне у дома. Во-вторых, никакой медицинской информации без моего согласия вы не получите. В-третьих, все — только через моего представителя. Сейчас вы разворачиваетесь и уходите.

Мужчина сохранил вежливое лицо, но в глазах мелькнуло раздражение.

— Мирослава, мы действуем исключительно в интересах будущего ребенка.

— Нет, — сказала я. — Вы действуете в интересах мужчины, который решил, что беременность дает доступ к женщине. Ошибся адресом.

Женщина с папкой шагнула вперед.

— Возможно, вы недооцениваете последствия отказа от конструктивного взаимодействия.

И вот тогда Дамир заговорил. Негромко. Но так, что все трое разом затихли.

— Возможно, вы недооцениваете последствия появления здесь еще раз без согласованного контакта через юристов.

Я обернулась к нему. И увидела то, чего раньше боялась. Не ярость. Хуже. Абсолютно спокойную, холодную мужскую силу, которая больше не нуждается в крике, чтобы быть опасной.

Мужчина посмотрел на него.

— Простите, а вы кто?

Пауза длилась секунду. Но именно в эту секунду я поняла, что ответ сейчас станет точкой. Окончательной. И он ответил: