Книга Развод. Неудобная жена, страница 4 – Яра Славцева

Он резко обернулся, и его глаза стали ледяными.

— Следи за языком.

— А то что?

— А то ты сейчас скажешь слишком много того, о чем потом пожалеешь.

Я замерла, не от страха, от шока. Он мне угрожал? Правда? В нашем доме? После пятнадцати лет брака?

— Знаешь, что страшнее всего? — спросила я очень тихо. — Не твоя измена, не видео, даже не то, что это Света. А то, как ты сейчас со мной разговариваешь. Как с человеком, которого можно просто… заткнуть.

Слава взял стакан, налил виски и только потом ответил:

— Потому что ты не слышишь сути.

— Тогда объясни мне суть! — сорвалась я. — Объясни так, чтобы даже такая тупая, скучная и прижившаяся жена, как я, поняла!

Он сделал глоток и посмотрел мне прямо в глаза.

— Ты стала функцией.

У меня отнялись пальцы.

— Что?

— Функцией, — повторил он. — Хорошая мать. Удобный партнер. Респектабельная жена. Человек, на которого можно положиться. Но не женщина, к которой хочется возвращаться.

Я медленно покачала головой.

— Ты сейчас пытаешься оправдать измену тем, что я слишком надежная?

— Я ничего не оправдываю. Я констатирую.

— Констатируешь? — меня затрясло. — Тогда я тоже кое-что законстатирую. Ты — предатель.

— Не драматизируй.

— Не драматизировать? — я уже почти кричала. — Ты разрушил нашу семью!

— Нашу семью разрушила не эта ночь и не Света, — спокойно сказал он. — Наша семья давно трещала. Просто ты не хотела этого замечать.

И тут меня будто что-то ударило изнутри.

— Как давно? — спросила я.

Он молчал.

— Как давно, Слава?

— Это не имеет значения.

— Для меня имеет!

Он отвел взгляд, и именно в это мгновение я все поняла. Не день, не неделя, не случайный срыв. Там была история. Протяженная, живая, дышащая.

— Боже… — выдохнула я. — Это давно, да? Давно?

Он не ответил. Но мне и не нужно было. Иногда тишина страшнее признания.

ГЛАВА 3

ГЛАВА 3

— Ты ездил к сыну… — мой голос сорвался. — Или к ней?

Впервые за весь разговор на его лице мелькнуло что-то похожее на раздражение.

— Не начинай сюда вплетать Антона.

— Я не вплетаю! — выкрикнула я. — Я пытаюсь понять, сколько лет была идиоткой!

Слава поставил стакан на столешницу с сухим, четким стуком.

— Следи за тоном.

— А ты следи за своей совестью! Хотя… — я осеклась и горько усмехнулась. — О чем это я. У тебя ее, видимо, нет.

Он подошел ближе, слишком близко, настолько, что я почувствовала его запах — дорогой парфюм, холод улицы и что-то еще, что теперь навсегда будет ассоциироваться у меня с ложью.

— Не смей оскорблять меня в моем доме, — произнес он негромко.

Я уставилась на него. Пару секунд просто не могла уложить слова в голове.

— В твоем доме? — переспросила я.

— Да.

— То есть я сейчас стою не в квартире, где прожила пятнадцать лет? Не в доме, который строила вместе с тобой? Не в месте, где выросла наша дочь?

— Не передергивай.

— Это ты не передергивай! — я отступила, потому что еще секунда — и я бы вцепилась ногтями в его лицо. — Ты хоть понимаешь, что сейчас делаешь? Ты меня не просто предаешь. Ты меня вычеркиваешь. Будто меня здесь никогда и не было.

Его лицо стало непроницаемым.

— Не преувеличивай свою роль.

Эти слова ударили так, что у меня подкосились колени. Мне пришлось вцепиться пальцами в край стола, чтобы не показать слабость.

— Мою роль? — тихо переспросила я. — Я родила тебе дочь. Я тащила дом, когда ты сутками пропадал на работе. Я вытаскивала тебя из твоих бесконечных эмоциональных ям после проблем с заводом, с судами, с поставщиками. Я была рядом, когда ты хоронил отца. Я принимала твоего сына, даже когда ты не позволял нас познакомить. Я молчала, когда ты улетал черт знает куда по первому зову. Я берегла твою репутацию, твою психику, твой покой… А теперь ты говоришь мне не преувеличивать мою роль?