Книга Развод. Раскрашу жизнь заново, страница 50 – Марина Безрукова

Необычный интерьер, созвучный с солнечным итальянским карнавалом, дразнил оранжево-желтыми цветами. Мои терракотовые брюки здесь были очень уместны. Жизнерадостные, всевозможные оттенки цитрусовых, казалось, распространяют вокруг себя горьковатый аромат.

Я посмотрела на окна, украшенные стильными витражами. На каждом стояли маленькие светильники с торшерами с цветными вставками. С потолка свисали роскошные люстры, имитирующие венецианское стекло. Они напоминали языки пламени, стремящиеся вверх.

Но главным украшением зала были куклы, что когда-то выступали на подмостках уличных итальянских театров. Рассевшись в стенных нишах, они с живым любопытством наблюдали за гостями.

Близ моего столика оказалась Коломбина, и я посчитала это добрым знаком. Хитрая служанка в ярком платье, прищурившись, смотрела прямо на меня. Указательный пальчик она поднесла к губам, всем видом показывая, что явно обдумывает какую-то очередную авантюру.

Я заговорщически ей улыбнулась. Помоги мне, ладно? – одними губами попросила. Черные глаза Коломбины будто бы ожили и заблестели. И в этот же момент я спиной почувствовала приближение Олега.

— Полина…

Я подняла на него глаза. Ишь ты, вырядился! Весь в черном. В руке алая роза. Цветок он держал перед собой, будто свечку в церкви. Я еле сдержала смех. Олег был похож на итальянского жиголо и похоронного агента одновременно.

— Разве я опоздал? - он согнул руку в локте и уставился на часы.

— Нет, не беспокойся… это я пришла раньше, - улыбнулась я.

Важно было сразу показать свою кротость, покладистость и восхищение тем обстоятельством, что спустя почти год я вновь интересую собственного бывшего мужа.

На столе появилась изысканная узкая ваза. В ней горделиво устроилась роза. Она казалась неживой. Я переглянулась с Коломбиной и смело посмотрела Олегу в глаза.

— Прекрасно выглядишь… - совершенно искренне сказал он, устраиваясь напротив.

— Спасибо, - склонила я голову.

Не удержавшись, потянулась и коснулась цветка. Мне нужно было убедиться, что роза неискусственная. Олег проследил за моей рукой, кадык на его шее дернулся. Я невинно посмотрела на него, и он не отвел глаза.

Смотрел жадно, будто пил ее, как родниковую воду в зной.

— Я рад, что ты нашла для меня время, - произнес он.

Его рука чуть сдвинулась по скатерти вперед. Я небрежно взяла салфетку, встряхнула, и таким образом, сумела избежать контакта.

— Ты ведь теперь очень занята,- то ли спросил, то ли подтвердил Олег. – Выставки, вернисажи, приемы, интервью… Отдуваешься за Лионель в одиночестве. Тебе это не кажется несправедливым?

Я напряглась. Не верит. Он не верит, что существует некая Лионель. Нужно быть осторожнее.

— Я справляюсь. Мне нравится. Знаешь… ведь иногда только сбросив кандалы, можно взлететь в небо.

Удар пришелся в цель. Олег сузил глаза, губы сжались, но уже через секунду лицо смягчилось.

— Признаться, ты меня удивляешь…

Разговор тек медленно, как карамельный сироп.

Я думала, что в меня не полезет и кусочка, но к своему удивлению, с аппетитом отведала всё, что заказала. Особенно оказался хорош салат с креветками и апельсинами. От мороженого, которое готовили на глазах у посетителей, я тоже не отказалась.

Олег удивленно приподнял бровь, а я с наслаждением вонзила ложечку в подтаявший бок десерта. Облизала губы и улыбнулась.