Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 336 – Николай Дронт

Другой вопрос – где взять время для исполнения обязанностей? Приходится перепоручать заместителям. В Зелёном дворце подо мной двое придворных, гоф-фурьер и камер-цалмейстер. Удалось выбить шестерых служителей, хотя хотели оставить лишь четверых. С Госсоветом отношения сложные, вроде занимаюсь протоколами, а вроде там своя протокольная служба. Канцелярию Зеленоземья держит мой заместитель, секретарь Энием. По связям с гильдией рулит глава рода аус Хансалов, Симон. В моей крепости командует комендант. Не на кого переложить только медицинские и алхимические дела.

Но заместители заместителями, а на каждой должности что-то делать приходится. Плюс учёба целительству у Бертиоса и боёвка с Дивазой. Плюс постоянный спрос на сделанные мной зелья. Маленькая Мимика, моя конкубиночка, тоже внимания требует. Лица родителей скоро забуду. Где время на всё найти? Это я ещё про поместья молчу.

Сглазил! Только, закончив завтрак, положил на стол салфетку, как Балег докладывает:

— Старший унтер-офицер из егерской полуроты вашей милости крепостного гарнизона Осневал Полуухий просится на приём. Местные сказали, что последнюю неделю он каждый день приходит. Суть дела никому не докладывает.

— Ладно, зови. Надо выслушать, коли такой настойчивый.

Заходит унтер. На груди три медали, на рукаве с десяток нашивок. Половины правого уха нет, судя по шраму через щёку до челюсти, сабельное ранение.

— Ваше высокоблагородие, разрешите доложить? – вытягивается во фрунт боец.

— Разрешаю. Только не тянись так, мы не на плацу.

— Ваше высокоблагородие, как я хочу проситься в отставку, а вы разрешили с хорошей привилегией брать участки на своих землях, стал присматриваться, где и что имеется. Раз гляжу – рудознатец с помощником на поляне разговаривают. Причём от взглядов хоронятся.

— Уже интересно.

— Я ж двадцать лет в егерях, решил подобраться и послушать. Думаю, может, про участки что полезное узнаю. Подобрался, а они про изыскания говорят. Дескать, карту составили, копию для своего заказчика, барона Загорского, сделали, но ничего полезного не нашли. В одном месте вроде должна лежать медь, но арендатор на своей земле шурф бить им не дал. Хотят поискать в долине, что последней вашему высокоблагородию приписана. Только не найдут там ничего.

— Благодарю за внимательность. А почему ничего не найдут в долине?

— Так ведь уже искали, ещё при покойной герцогине. Когда только служить начал, наш взвод экспедицию туда сопровождал. Подробный отчёт должен где-то сохраниться.

— А на словах что тогда обсуждали, не слышал?

— Как не слышать, ваше высокоблагородие! Секрета не делали.

— Интересно. Я тебя слушаю.

— Раз в пять-семь лет, когда скапливается слишком много снега в горах, озеро переполняется талыми водами, тогда они селевым потоком сливаются в ту долину. Главный ещё объяснял ассистентам, что строители специально такой аварийный сброс устроили. Из-за того плодородная почва смывается. Крестьянам там, на скудных склонах, можно лишь коз пасти. Дома ставить нельзя, да и жить опасно. Про пользу от долины сказал – есть там строительный камень, не хуже и не лучше, чем в соседнем баронстве. Есть медь, но её мало и, виноват, запамятовал, ещё что-то в неинтересных количествах.

— Благодарю, очень полезная информация.