Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 411 – Николай Дронт

Поблагодарил знатока за консультацию, а тот заметил, что история – интереснейшая штука, и раз я интересуюсь, он мне пришлёт прелюбопытнейшую книжицу про эту династию.

Дальше пошла обычная дворцовая текучка. Лишь после обеда доложили, что сифон обследован. Из него вынесли несколько пудов металлических предметов разной степени давности. И это действительно заброшенный коллектор, который действительно выведен в море. Во время прилива и отлива у входа иногда слышится шум волн. Мальчик оказался прав – за счёт искажения акустики похоже, что внутри прохода кто-то топает.

С логовом чернокнижников разобрались, когда церковники прознали о найденном зале, попросились внутрь и их пустили. Они сразу провели обряд и вычистили всю скверну. Поздно правда, надо их было раньше туда пустить. Оказалось, что все эксперты во главе с Бертиосом попали под неприятное проклятие. Какое, пока не понятно, как и то, что с ними случится дальше. Может, и ничего такого, но белки глаз у людей уже стали чёрными.

В свою башню мне удалось попасть только в воскресенье. Вся неделя была суматошная. Не то что навалилось много дел, их всегда много, случилось огромное количество разных событий.

Во вторник стало известно, что все эксперты, побывавшие в зале и получившие проклятие, утром не проснулись. Умерли во сне. А вот Бертиос ничего – и проснулся нормально, и белки глаз очистились. Что странно, волшебник, первым подошедший к пирамидке, сильно ранен, однако не проклят. Охранители, караулившие проход, вытаскивавшие пострадавших и изъятые улики, тоже нормально себя чувствуют. А вот эксперты все скончались. В чём дело? Что они такое сделали или увидели? Почему проклятье на магистра не подействовало, понятно. У него и собственная защита посильнее, чем у простецов, наверное, и дополнительно наложил на себя что-то. Однако у охранителей сомнения появились.

Ко мне пришёл Никол Огинский и стал выспрашивать, какое проклятие могло так проявиться. Сознался, что не в курсе, ничего о таком не слышал. Главное, не понятно, зачем помечать проклятых чернотой глаз. Никол вздохнул и заметил, что никто про такое не слышал, и никто не понимает смысл чёрной метки. А охранители говорили с опытными людьми, не чета мне.

Ещё он не то предложил, не то попросил поговорить с вдовой графиней Критой Вулфстейн. А если она мне понравится, то и принять её на службу. Кем? Личным секретарём. Будет у меня такая парадно-представительная дама. Понятно, зачем ей всё это. Жалованье, покровитель, жизнь в столице, возможность войти в некоторые престижные салоны. Если подумать, можно и много других резонов найти. Но Огинский по-родственному попытался растолковать, почему это нужно мне.

С точки зрения света, покровительство молодой, симпатичной, небогатой вдове графине будет прилично с моей стороны, особенно до появления жены. Желательно не слишком афишировать бастарда, если таковой случится, но хорошее поместье ему и его матери выделить будет достойным делом. Графиня может принимать раз в неделю или в две, а также сама получать приглашения в салоны. Во время светского разговора дамы могут делиться своими заботами. Просто так, как женщина с женщиной, как подруга с подругой. Ведь нужды есть у многих, но далеко не все вхожи к её величеству или к её светлости. Обратиться напрямую ко мне тоже мало кто решится. Действовать через мужа? Рассказать ему о своих… э-э-э… Словом, не на всех своих недостатках стоит заострять внимание мужа. А знать ему о появившемся друге стоит ещё меньше.