Книга Гремучий Коктейль 6, страница 41 – Харитон Мамбурин

Игра не терпит пустоты. Но и не приемлет лишних элементов.

— Мы одинаковы, Боб, — гость короля, наблюдающего за приближающейся к концу схваткой, решил подать голос, — По крайней мере в вере, что всё должно быть режиссировано и подконтрольно. Отсюда возникает вопрос — ты вообще собираешься сегодня что-либо говорить по поводу нового члена нашего маленького сообщества, или же ты позвал меня лишь посмотреть, как два куска плоти вышибают друг из друга их бессмысленную жизнь?

— Неподконтрольного, — сухо уронил Уолш, вновь бросая взгляд на изнемогающих бойцов, упорно стремящихся причинить друг другу еще больше боли.

— Неподконтрольного. Чем он устраивает всех и каждого.

— Кроме нас.

— Ты промолчал на собрании.

— Тогда речи не шло о том, что он изъявит желание участвовать полностью, — поморщился Боб, — Зато теперь у убийцы демона есть стартовая точка.

— А у Общества новая перспектива.

— Именно. Не у меня, не у тебя, у нас всех. При этом, щенок заявил о своем интересе, который пересекается с нашими, твоим и моим.

— Допустим. Но почему ты считаешь это проблемой?

— Подожди. Посмотри вниз.

С песка арены уже убрали потерявших сознание бойцов. Сейчас люди Уолша их подлатают, наложив швы и забинтовав, а затем передадут тем, кто решит о них позаботиться, в чем бы эта забота не заключалась. На песок уже выходят новые участники боев. Молодой атлетичный серб со шрамом через всё лицо, вооруженный некоей помесью кастета и топора, а также японец с этим их узкими смешным ножом для рыбы, выдаваемых представителями этой нации за полноценный меч.

Негры дрались долго и вкусно, но остались… одним куском. Теперь публике нужна разрядка, быстрая и смертоносная. Нечто, где выпускают кишки, раскалывают головы и отрубают конечности.

Зрелище было предоставлено. Уверенный в себе азиат, занявший боковую стойку с мечом, попросту не ожидал того, что более крупный и куда более наглый серб неожиданно и неловко прыгнет вперед, грубо лягая перед собой ногой. Он хоть и отшагнул в сторону отточенным приставным шагом, но это нисколько не помешало куда более высокому и массивному бойцы слегка довести удар, только уже не пяткой, а ступней. Нижняя конечность славянина, попавшая в верхнюю часть бедра хрупкого азиата, снесла того с ног, отбрасывая на песок. Чудом приземлившись с выходом на колено, серб тут же разогнул ногу в еще одном нелепом прыжке, падая грудью на спину меченосцу и прибивая пытавшегося подняться японца назад. Потом был серб, отжавшись на руке, резко воткнул свой топор-кастет прямо в шею возящегося под ним противника.

Смерть. Меченосец не смог адекватно оценить расстояние до необычайно крупного оппонента, за что и поплатился.

— Так я и предполагал, — кивнул сам себе Уолш, — Ученик мастера меча, проведший пять смертельных дуэлей, совершенно ничего не смог сделать в реальном бою. Даже если бы он попал мечом по сербу, то вряд ли бы смог нанести смертельную рану… которая бы того быстро убила.

— Ты хотел, чтобы я провел аналогию, Боб? — с полуулыбкой поинтересовался его гость.

— Да, я хотел, чтобы ты провел аналогию. Стань серьезнее.

— Не могу, мне хватает серьезности в жизни.

— И поэтому компанию тебе теперь составляет жаба?

— Нет, она мне составляет компанию во всех ипостасях.

Жаба тоже присутствовала в ложе. Огромная толстая амфибия, весом почти под сотню килограмм, она невозмутимо сидела в кресле для гостей, периодически слегка надувая свой горловой мешок. Взгляд Уолша, точнее, существа, известного как Боб Уолш, говорил ему о том, что это самая обыкновенная жаба необыкновенных размеров, а появляющиеся в пасти у этой жабы насекомые там просто материализуются из ниоткуда. В остальном, спутница его гостя не представляла для теневого короля Нью-Йорка какого-либо интереса.