Книга Гремучий Коктейль 7, страница 95 – Харитон Мамбурин

Через пять минут я искренне желал, чтобы Акстамелех вернулся, чтобы всласть с ним поругаться, а еще понимал, от чего была настолько зла моя дорогая супруга. Как оказалось, надоедливый наглый дракон доставал её с гритболом именно тогда, когда её финальный акт магнум опуса, войны с Синдикатом, был на стадии эпилога.

— Мы собирались устроить праздник в Берлине, — в том же виноватом тоне продолжала объяснять жена, — Это необходимо, понимаешь? Всё-таки, количество подключенных людей было очень велико, завершить наши труды банкетом, приёмом, чем-то таким — это даже не обсуждалось. Но… проклятое «но», у меня из головы это вылетело с этим драконом!

Неделю назад в Берлине открылся Каскад. Небольшой, но крайне неприятный, одних видмерсмершеней выбралось целых три штуки. Много жертв. Трагедия, которую усугубило то, что ревнителей у германцев в столице было куда меньше, чем могло быть, они были заняты Синдикатом. Информация об этом уже стала доступна общественности, поэтому мероприятию в срочном порядке решили придать больше веса, заполировать, так сказать, привкус. Задумка получилась, но в результате будущий праздник приобрел масштаб даже больший, чем мой гритбольный матч.

— Там будут многие, Кейн. Включая Азовых, представителей русского императора, франков, от испанской короны, очень много итальянцев. И мы… в обязательном порядке. Я тебе должна была это рассказать еще четыре дня назад, но эта тварь тогда так сцепилась с Петром Васильевичем, что у меня просто всё вылетело из головы!

— И когда это грандиозное событие? — кисло задал я самый уместный вопрос.

— Завтра…

— Ты… не шутишь?

— Кейн! Вот это — речь! — схватив со стола несколько скрепленных листов, жена умудрилась виновато потрясти ими у меня под носом, — Я её пыталась учить, а он со своим проклятым гритболом…

Не шутит.

— От меня требуется только присутствие на этом празднике жизни?

— Да, дорогой. Тебе ничего учить не нужно. Улыбки, комплименты, светские разговоры, ответы на вопросы.

— Тогда, пожалуйста, прикажи кому-нибудь позаботиться о моем костюме, а я уехал до позднего вечера.

— Куда?

— Милая, у Чикаго только что сбежал его граф. Если я срочно не предприму меры, то ситуация повернется к нам самым невыгодным образом.

К концу дня я не чуял ни ног, ни языка, ни мозга. Всё буквально онемело за время, которое пришлось потратить, убеждая городских бюрократов и представителей власти, что неожиданный отъезд «графа Лонгбрука» более чем играет нам всем на руку. Фактически, дракон своим поведением попортил нервы мне и моим близким, но и кончиком когтя не успел коснуться каких-либо дел в городе. На этом я и играл, одновременно рассыпая толстые намеки на то, что терпеть такого графа придётся не совсем долго, зато, пока он вообще есть, пусть и не здесь, многое можно свалить на него. Тем более, что доступа ко всем своим счетам Акстамелех не получил, удовлетворившись лишь сущей мелочью. Как раз на пропой. Ну а зачем, если всё и так его?

Дракона лично я понимал. Он Игрок, прекрасно знающий, что миру либо остался жить месяц, либо им, Обществу, осталось именно столько времени. Максимум. Так смысл чем-то заниматься? Отсутствует! Отрывать голову Дайхарду за его дерзость преждевременно и неумно, остается только пить, трахаться, да смотреть эфирозаписи с единственным в истории матчем по гритболу, раз уж так вышло. Вполне разумное поведение, одобряю. Сам бы так делал… будь Игроком.