Книга Посадка в лужу, страница 93 – Харитон Мамбурин

— Не совсем, господин Двуносый, — дружелюбно оскалился я, заставлял Бесса и смертного почувствовать себя неуютно, — Мы — мирные путешественники, вы это можете видеть по нашим Статусам. Ни один из нас и мухи не обидел за всю свою долгую жизнь, Система свидетель. Разная мелочь типа оборванцев, живущих на отшибе Лтакта, или посланных каким-то кретином солдат, решивших действовать вне территории своей юрисдикции, не считается. Но, повторюсь — мы миролюбивы. Мы просто хотим только уйти тихо. Дайте нам это сделать и живите с господином Гиндосом долго и счастливо.

— Вы соображаете, о чем говорите?!! С кем вы говорите?!! — заорал гном, мгновенно краснея шеей и лицом, — Я — хозяин Лтакта! Один из наиболее могущественных разумных этого мира! А вы, смотря мне в лицо, ставите условия?! Называете кретином?!

После этого крика души воцарилась пауза, в течение которой мы молча мерялись взглядами.

— Эстебан, — раздался голос Митсуруги, — Ты ему что, не рассказал, кто мы?

— Нет, госпожа Ай. Всё рассказал, — отреагировал испанец, выходя из позы «загадочный улыбатор», — Мне же совершенно не нужно, чтобы в этом мире остался еще кто-либо кроме меня. Это вызовет… ненужную конкуренцию, не правда ли? Кстати, приношу свои извинения за… свою внезапную, неожиданную и трагичную смерть.

— Я знаю о том, что Джаргак и Митсуруги два самых разыскиваемых… как вы называете подобных себе? …Бесса Срединного Мира, — глухо проговорил пытающийся унять ярость гном, — Знаю, что вы опасны. Но также я понимаю, что мы, по сравнению с жителями Срединного Мира — дикари, ковыряющиеся пальцами в своих задах. Нам жизненно нужна каждая капля знаний, которая есть у вас.

— Вот сидит исследователь и ученый, — потыкал я пальцем в геоманта, — Который может предложить этому миру чудовищно многое. Вы хотите пойти на риск в надежде хапнуть еще больше, господин Двуносый?

Гном неожиданно расслабился, но улыбка у него все равно вышла невеселой.

— Вас обнаружили не мои люди. О вас знают, более того, знают, что вы у меня. Либо я вас уговорю остаться, либо моя голова покатится с плеч. Не сразу, но вашего ухода мне не простят. Как видите, всё достаточно просто. Поэтому, давайте обсудим условия, на которых ваша экспедиция… задержится в этом мире.

Хлопок моей ладони о лицо разнесся по всей комнате.

— Мой большой компаньон неверно повел беседу, господин Двуносый, — Митсуруги обозначила поклон, не вставая, — Прошу простить его за ошибку. Я, как глава этой экспедиции, попробую загладить допущенные им промахи…

— Внимательно вас слушаю, госпожа Митсуруги! — приободрился гном, прерывая архимага.

— …но опыт переговоров я все-таки предпочту позаимствовать именно у Кирна Джаргака, — Митсуруги сделала вид, что не заметила бестактности гнома, — Мы пришли не просить вас не поднимать шум. Мы пришли не уговаривать, не торговаться и не идти на компромиссы. Наш приход — всего лишь попытка избежать большой крови. Либо вы нам с орком обеспечиваете беспрепятственный проход к эфирному столбу, либо Лтакту конец.

Мне показалось, что либо Двуносого сейчас хватит удар, либо он родит ежа. Простого маленького серого ежика с колючками. Вид у разумного был именно такой — он пучил глаза, открывал и закрывал рот, тужился и молча страдал. «Повелитель Тверди» рассматривал нас с кислым видом, испанец явно подозревал, что мы не кидаем слова на ветер, а это как минимум для него означало сложности по поиску другого города улья. Как максимум — еще и репутацию «наружника» из компании, способной на гено- и ксеноцид.