Онлайн книга «Припарка мёртвому»
|
Пара секунд и я заставляю цепной диск работать уже внутри пирамиды, приклеившись спиной к холодному спрессованному праху её основания и отдыхая. Несколько десятков, а может быть и сотен болевых уколов, ощущаемых при этом, показывают, что материал Чёрной Пирамиды отлично гасит воздействие этих детищ Абракадавра. Наконец, уколы прекращаются, криков больше не слышно, и я гордым полураздавленным тараканом врываюсь в зловещую цитадель чёрного мага. Стараясь не думать, что топологически рассуждая — делаю это через задницу. Впрочем, почему я еще не привык? Эй, самоуважение, ты почему еще не атрофировалось? Расслабив руку, я резко дёрнул ей, вправляя сустав на место. Разобрал «вертушку», бережно складывая вновь послуживший мне канделябр в инвентарь. Намотал цепь, достал мачете. С хрустом размял шею… и обратился к неподвижно стоящим фигурам четырех боевых гулей, меж которыми корчились обезумевшие от боли Бессы: — Потанцуем? Это было круто… ровно до момента, когда неживые мордовороты… меня проигнорировали. Просто стояли и пялились в никуда своими блеклыми глазами с отвратительно знакомых харь, лишь немного шевеля хвостами. Хрюкнув от обиды и обломанного момента, я напал первым. Качественные поделки некромантов обладают прекрасными боевыми качествами. Они быстры, беспощадны, совершенно не склонны к рефлексии и полностью отдаются любимому делу — рвать, кромсать и убивать. Они не думают, не перебирают и не сомневаются, как и положено конструктам, пусть и вылепленным из чужой мертвой плоти. Но, если не брать в расчет высшие достижения некромантии, таких как личей, вампиров и ревенантов, то у всех прочих солдат армии Смерти есть один существенный недостаток. Отсутствие инстинкта самосохранения. Как только я оттяпал ударом мачете голову одному из гулей, остальная троица начала радостно гонять меня по пустому ангару размером с футбольное поле. Но недолго. Разорвав дистанцию с помощью «Пути Ветра», я подождал, пока разогнавшиеся гули окажутся рядом и с размаху метнул два малых гарпуна в отставших, пробивая их насквозь, угощая вырвавшегося вперед «Беспощадным ударом.». Успех был относительный — наиболее быстроногого убило сразу, двое проткнутых снесли меня, а гарпуны безнадежно испортились, встретившись с полом. Откатившись от удара, я поймал кончиком хвоста шею одного из уцелевших, и напрягся, пропуская через хвост Ки. Последний успел махнуть когтями крест-накрест по моей груди и вцепиться пастью в недавно вывихнутое плечо, но это ему стоило зубов с когтями, не выдержавших столкновение с «Железной рубашкой». Подмяв под себя брыкающееся тело, я с силой разогнулся назад, удерживая голову гуля в локтевом захвате. Его позвоночник громко треснул, ломаясь, а следом чавкнул раскрошенный ударом пятки череп. Поднявшись, я оглядел себя, вынеся вердикт — совсем уж без потерь обойтись не удалось, грудь оказалась нехило, но неглубоко расцарапана, а в плече торчало около пяти оставленных гулем зубов. Ну, жить всё равно можно. Только выдавить яд из царапин и проколов, посидеть три минутки в легкой «целительной медитации», и можно идти дальше на подвиги… Подвиг пришёл ко мне сам. Он спрыгнул с открывшегося в полутора десятках метров от меня люка, добежал или долетел до меня быстрее, чем получилось встать и… шарахнул ступней ноги мне прямо в солнечное сплетение. Небо сразу показалось сначала в овчинку, а потом в маковое зернышко, разделив реальность на «я лечу от удара в стену» и на «я встретился со стеной». Упасть мордой в пол мне не дали, вместо этого дали ногой по неприятно хрустнувшим ребрам. Полет вбок прошёл успешно, но здесь я уже пришёл в себя, выполнив «Путь Ветра» подальше от агрессора, тем самым покупая себе почти три секунды времени. Развернуться и пробежать почти сорок метров быстрее противник не смог. |