Книга Стяжатель, страница 102 – Харитон Мамбурин

Пользуясь неразберихой, я, не привлекая внимания, прошёл к себе в комнату, раздевшись и оценив повреждения после боя. Синяков и ушибов было удивительно мало, так что, переодевшись и взяв подарок, припасенный заранее, направился на выход, но был остановлен Маной.

— Покушать, — тихо, но уверенно произнесла она, — Тебя там не накормят.

Хм, действительно. Откуда у меня вообще внутреннее убеждение, что в гости нужно ходить на голодный желудок, чтобы не расстроить гостеприимных хозяев отсутствием аппетита? Я ни в одной жизни не ходил в гости, если не считать походов к Коджиме, в его царство аниме и апельсинового сока…

— Аники, скажи ей! — поддразниваемый Такао решил прибегнуть к последнему аргументу, — От меня и так в школе шарахаются, а если эта кличка пристанет, то меня и девушка бросит!

— Если она тебя бросит из-за такой мелочи, то считай, сестра оказывает тебе услугу, — качнул головой я, — А чтобы ты лучше соответствовал, назначаю тебя хранителем арсенала семьи Кирью. Главным полировщиком мечей.

— А… — тут же осклабилась мелкая негодяйка, до которой еще не дошел смысл преференций новой «должности» старшего брата.

— А если ты будешь дразнить Такао в школе и ронять его репутацию, то, скорее всего, он переедет в отдельную квартиру через год после меня, — отчитал я Эну, — А еще запомнит, что такое — иметь дело с неблагодарными людьми.

— Но я же любя! — шокировано промямлила Кирью-младшая, хлопая глазами.

— Он тоже любя, — кивнул я, — Что твой старший брат делает с людьми, которых не любит, ты видела своими глазами.

Сурово, да, но некоторым мальчикам и девочкам пора немного повзрослеть. Ладно, только девочкам, мальчики справляются сами. И нет, Эна, не надо упоминать родителей, в этой семье двое детей, и оба сейчас в Египте. Точка.

Отрезвив сестру, которую вновь стало заносить после инцидента с сукебан, я, наконец-то, отправился к Сахаровым. Давным-давно данное обещание нужно было исполнять, так что сегодня планировался семейный ужин, на котором будут присутствовать всего три человека. Я, Ленка и Юлия Викторовна Сахарова, её мать.

Очень уж сомнительное мероприятие, от которого я не ждал ничего хорошего.

— Акира, — дверь по указанному адресу мне открыла мать моей старой подруги, одетая в длинный домашний халат персикового цвета, — Проходи! Не возражаешь, если будем на русском? Я, признаться, слегка соскучилась по родному языку, а ты так хорошо говоришь…

— Прошу прощения за вторжение, — огласил я традиционную японскую фразу гостя, а затем перешел на другой язык, — Не возражаю, Юлия Викторовна.

— Отлично! Проходи-проходи! Лена скоро будет!

Это была ложь, которую мне удалось вычислить сразу.

Родители Киберсойки — очень влиятельные и могущественные люди, чем-то похожие на Коджима Котару, отца Рио, но несопоставимо большего масштаба, тесно связанные с политической элитой России. У их бизнесов нет четко выраженной специализации, но зато у человека не хватит пальцев пересчитать все страны, где есть их собственность. Проще говоря, они далеки от законопослушности, неуязвимы на структурном уровне и непредсказуемы. Худшее сочетание.

Сама Юлия Викторовна оставалась подтянутой дамой сорока с хвостиком лет, чья натуральная красота не была обезображена пластическими хирургами. Начавшееся увядание эта женщина несла с достоинством и гордостью, что не могло не вызывать симпатии.