Книга Стяжатель, страница 12 – Харитон Мамбурин

— Твои половые трудности, — скривился тот, — Вали, в общем. Можешь спросить синеглазую сучку, где она сейчас дерется. Её давно нигде не видели.

Действительно, вспомнил я, а ведь Хиракава «пробудилась» с моей помощью. И, тем не менее, я легко забыл про этот момент, поверив ей на слово, что теперь у неё впереди долгие месяцы культивации и обучения. А где и как — не знаю. Идти к ней сейчас я не пойду, и так оба сутки не спали, так что придётся брести домой ни с чем.

Чем хороши узкие проулки вечернего японского города — тут постоянно кто-то заступает тебе дорогу или мешает пройти. Обычно это группки тусующихся школьников, подпивающих пиво или курящих какую-нибудь гадость, но те предпочитают дать пройти, вместо того чтобы нарываться на неприятности. Сейчас, впрочем, был первый вариант — дорогу именно заступили.

— Меня прозывают Хито-Хито, — сказала фигура в темном спортивном костюме, капюшоне и черной маске на пол-лица, — Я бросаю тебе вызов, «надевший черное».

Японец, возраст от восемнадцати до двадцати четырех, голос звучит ровно, почти равнодушно, телосложение спортивное, хоть и сложно разобрать под мешковатой спортивной одеждой. Странное прозвище. Человек-человек. Хм, что он этим хочет сказать? Да неважно.

— Принимаю вызов, — тут же отреагировал (почти обрадованно) я, а затем едва успел уклониться от удара локтем, летящего мне точно в солнечное сплетение. А затем от следующей атаки, затем еще, еще и еще…

Хито-хито не собирался соблюдать негласный регламент уличных боев, он бил точно и быстро, бил, целясь в уязвимые точки человеческого организма. Двигаясь крайне технично, он, оставаясь в капюшоне, безошибочно ориентировался в пространстве, нанося один опасный удар за другим. От моих осторожных контратак парень небрежно уклонялся, как будто заранее знал, куда и как уйдут мои рука или нога, но даже не думал бить по подставленным конечностям, его интересовали горло, пах, глаза…

Я защищался, еле-еле успевая подставлять руки под его выпады. Противник двигался быстро, а его одежда в полутьме вечернего переулка превращала его в размытое пятно, из которого то и дело выстреливали конечности. Более того, когда я попытался воспользоваться длиной своих ног для того, чтобы хотя бы получить передышку, он меня поймал в ловушку — укол сложенными щепотью пальцами в нервный узел над коленом «отключил» мне ногу, чуть не вынудив растянуться на асфальте. Отскочив, как отскакивает мангуст от укушенной кобры, оппонент замер на секунду, глядя, как я пытаюсь устоять на ногах.

Схватка продлилась сколько? Пять-семь секунд? Десять?

Новая атака, в которой я не cмогу определить, как и откуда атакуют, но и не пытаюсь. Вместо этого атакую сам, прыгая с помощью одной ноги, вперед, ровно в то окно, равное доле секунды, когда сам Хито-Хито сокращая со мной дистанцию, находится в середине скользящего шага. Люди рабы привычки и инерции…

…но этот человек успевает изменить траекторию своего рывка, применив усилие, сопровождающееся отчетливым хрустом его суставов. Однако, полностью проигнорировать законы физики у него не выходит, так что я всё-таки успеваю схватить его за плечо рукой, уже летя на асфальт. Мы падаем вместе. Принимая удар плечом об камень, я на долю секунды ослабляю захват, не успев сжать противника покрепче, поэтому у него получается выдрать себя из моей хватки ценой крайне болезненного приземления. Снова слышится хруст.