Книга Решатель, страница 113 – Харитон Мамбурин

Кто-то же вышел просто пограбить. Под шумок.

Человек, только что угрожавший хозяйке небольшого магазинчика ножом, зажатым обеими руками, сейчас визжал от боли, сжимаемый уже моей рукой за лицо. Оно поместилось почти всё, немного смявшись в процессе, а теперь вовсю трудилось, чтобы удержать человека в воздухе. Ему было очень больно и страшно, он сдавленно кричал, но это сейчас были чисто его проблемы.

— Вы в порядке, Каваси-сан? – спросил я заплаканную продавщицу, уже доставшую всю выручку, что у неё была за сегодня.

— Я… я… Кирью… кун? – удивилась моя старая знакомая, – Это… ты?

— Да, Каваси-сан. Сейчас, секунду. Я позабочусь о нем и вернусь. Ничего не бойтесь.

Не то чтобы этот человек, ровесник самой Каваси, только пропитой и заброшенный, заслуживал кровоизлияния в мозг, но он слишком много услышал. Кроме того, во мне слишком легко можно было определить «надевшего черное», а сам магазинчик матери, с чьим сыном я долгое время работал, никуда бы переехать не смог. Так что с этим пьянчугой приключается несчастный случай, а я возвращаюсь в магазин.

— Ты и раньше был большой, а теперь просто огромный! – восклицала женщина, запирая замок за защитных жалюзи закрывающегося магазина, – Что ты кушаешь?!

— Потом, Каваси-сан. Идемте, я вас провожу.

— Хорошо, Ак… хорошо. Не ожидала, что меня… здесь…

— В городе сейчас очень неспокойно.

Женщина живет неподалеку, в одной из квартир общежития, которым она же и владеет. Вся её жизнь, после смерти сына (да и до неё) – магазинчик.

— Тебе чаю сделать? Что это я, конечно сделать…

— Я на минуту, Каваси-сан. Вам что-то оставляли для меня.

— Для тебя, Кирью-кун?! Ой, прости, Акира… Нет, ничего! Да и кто…?

— А если я скажу «сливовая жемчужина»?

— Ох…!

В переданном мне бумажном пакете инструкции, короткое письмо, некоторая сумма денег. Они предполагались не мне, а Хаташири Оде, человеку, чей труп, судя по всему, Каваси-сан еще не обнаружила. Это хорошо, у меня есть время поджечь нужную квартиру, сейчас очень подходящий момент. Пусть мы не были с сыном Каваси-сан друзьями, хоть она всегда была диаметрально противоположного мнения, к самой женщине я испытывал теплые чувства. А общежитие застраховано. Сам в своё время дал ей этот совет.

Мана была здесь. Она подловила Хаттори и Соцуюки, состоялся диалог, в меру откровенный. Затем собравшийся с духом Шин напал на неё, сильно отхватив в процессе по морде. У Ивао нашлись слова разрулить ситуацию, но затем вся троица исчезает из этой квартиры, а других новостей от Маны на мой почтовый ящик – нет. Письмо Хаташири у меня единственная зацепка о том, куда они могли деться.

У моего бывшего учителя истории была роль, продуманная Ивао Хаттори. Закинув меня в глушь и вернувшись, лысый и однорукий тип должен был сладко выспаться, выпить кофе, собраться с мыслями и документами (вот этими), а затем идти в редакцию журнала «Вакай Секай», где его давно и с нетерпением ждали, причем не только местные работники. Там он должен был зачитать вслух «завещание» Соцуюки Шина, его обращение к нации пост-мортум, а заодно стать подсадным свидетелем. За живого и бодрого участника операции разные службисты бы неминуемо сцепились, дав самому Хаттори определенный люфт времени. Затем Ода должен был принять яд, уже вмонтированный в несъемную часть протеза… но этого Хаташири делать не собирался.