Книга Опала на поводке, страница 77 – Харитон Мамбурин

Предстоял долгий разговор.

— Что пишут? – осведомился Евгений, неся ко мне пару коротких столбов, обернутых грубой тканью.

Я поднял на него затуманенный взгляд и перекатил сигарету во рту.

— На побережье возле Вишакхапатнама ракшасы поймали флотилию контрабандистов эфира, - рассеянно сообщил я русскому княжичу, продолжая сидеть на чемоданах, - Три сотни человек будут подвергнуты пыткам и казнены. Уже шестая крупная облава в этом году. Небеса плотно следят за своими смертными.

— Не вижу разницы между миазменной тварью и небожителем. Все они вредители, - тут же фыркнул Распутин и присвистнул, глядя на меня, - Алеш, тебя поздравить с удачными выходными или посочувствовать?

Стоявший возле нас комаину пренебрежительно фыркнул.

— Меня просто победила в споре горничная, работающая у меня меньше месяца, - пожаловался я, - Причем, используя традиционные принципы Эмберхартов!

— Это как? – удивился рус, обнимая свои столбы.

— Я… - внезапно слова застряли у меня во рту, когда на глаза попался взлетающий с площадки частный дирижаблик. Оболочка небольшого транспортного средства была расписана белыми, синими и голубыми разводами. «Гжель» - вспомнил я.

Евгений проследил за моим взглядом и досадливо пробормотал:

— А… это мой. Мама подарила… - почесав затылок, рус тут же предложил, - Убедишь ее, что это уродство, подарю его тебе!

— Ты точно не наследник? - решил я уточнить происхождение хитрозадости носителя столбов и, убедившись по обиде на суровом норманнском лице, что оно врожденное, таки признался ему, - Меня одолели в дискуссии. С помощью логики. Женщина. Моя горничная.

— И из-за этого у тебя такой помятый вид? – Распутин пытался составить логические цепочки и терпел крах.

— Ну, ты гранату помнишь? – оказалось, что помнил не только сплюнувший на асфальт рус, но и зарычавший комаину, поднявший свою метлу для удара. Я скептически взглянул на собакоподобного духа, - Успокойтесь, нет у меня гранаты. Нашел их и отдал своему извозчику… все четыре. Так вот, мне нечего оказалось противопоставить женскому аргументу о том, что с гранатой всегда лучше, чем без гранаты. Час уже сижу, думаю, верчу вопрос по-всякому и… никак.

— То есть, это она тебе бомбу подсунула? – не поверил своим ушам княжич, начавший легонько бодать свои столбы, - А что – приказать ей этого не делать не можешь? Робонький никак?!

— Ты меня чем слушал? – кисло осведомился я, закуривая, - Она права. Понимаешь? Ее работа – заботиться о своем господине. Она и заботится. Я не могу пасть в своих и ее глазах, отдав нелогичный приказ.

— Что-то ты бред несешь… - помотал головой потомок князей Распутиных.

— Да? Ну попытайся придумать ситуацию, в которой без гранаты лучше, чем с гранатой, - выдав свое великодушное предложение, я залип в окружающее пространство. Теперь не один мучиться буду.

Сейчас мы с замолчавшим русом под надзором комаину сидели недалеко от взлетного поля, наблюдая за садящимися и взлетающими корабликами учеников. Сидели мы под надзором потому, что у обоих, как я догадался, было с собой оружие, предназначенное для демонстрации классу и для личных шкафчиков, вот и приходилось ждать учителя Йошинари. Настроение у меня постепенно выправлялось, переходя от стадии переосмысления мира в стадию мирного пассивного наблюдения за ним же. Ох уж эта Легран…