Книга Рыцарь в клетке, страница 82 – Харитон Мамбурин

Вот так, слово за слово, тростью по столу — и мы отправляемся из тревожного Токио в тихий и прелестный уголок Японии, давным-давно забытый цивилизацией.

…и Регина с нами, в приказном порядке от непосредственного начальства. Кому-то же нужно нас сопровождать, по высокому мнению господина пехотного майора Матвея Степаненко, оставшегося на хозяйстве?

В общем, рыжая злючка себя успешно переиграла, а теперь не менее успешно уничтожала… пытаясь зловредно намочить мешок с крупой, но при этом тихо — чтобы возящиеся под брюхом дирижаблика подчиненные не слышали. Я ей не мешал, откровенно наслаждаясь страданиями человека, которому в данный момент было хуже, чем мне!

Реальность это быстро исправила. Не успели мы отдать швартовы, как сам Матвей Николаевич, который Степаненко, изволили бежать от главного входа, маша руками и ругаясь на смеси русского и итальянского — приближалась Буря. Рыжая Регина с моментально высохшими слезами чуть ли не выпрыгнула за борт на могучую грудь своего начальника, чему тот был рад как вспышке чумы в непосредственно подчиненном ему подразделении.

Вообще, комендант мне понравился с первого взгляда, если так можно выразиться. В отличие от Распутина, любившего притвориться простодушным как валенок, Матвей Николаевич был конкретен и корректен. В Ватикан он попал, хорошо потершись по молодости в наёмниках, болезненным энтузиазмом не пылал, в отличие от некоторых рыжих, и характером обладал нордическим. За что ему импульсивного недомерка и сбагрили, в чем я был уверен.

— Боюсь, что кроме запрета на вылет, вынужден требовать непременного участия вашей супруги в патрулировании окрестностей во время Бури, — без всякой радости оповестил меня комендант, стоически игнорируя почти прыгающую вокруг него Регину, — Увы, обстоятельства складываются таким образом, что подавляющее число аристократов этой чудесной страны не смогут выполнять свои обязанности из-за патрулирующих над городом «Торов». Будь вы сами в лучшем состоянии, то мое требование коснулось бы и вас, сэр Алистер, но…

— Супругу одну я не отпущу, — отрезал я, заставляя греющую уши Рейко непонятно с чего надуться от важности… а потом сразу сдуться, добавив, — Если она применит свои силы ради спасения собственной жизни, вы не досчитаетесь района города!

Действительно, на улицы выводились лишь полицейские отряды, силы Ватикана и совсем слабые в энергетическом плане практики. Районы благородных воздушные титаны «Торы» должны были огибать по широкой дуге, отдавая порядок в них на милость самих родов. Аналитики инквизиции изначально твердили, что никаких патрулей вообще не потребуется, но слушать их местные не хотели. Патрулирование улиц Токио вместо медового месяца подальше от всего этого на фоне природы хабитата с парным молоком и здоровой пищей было далеко не самым желанным событием, но отвертеться от него мы не могли никак. Происхождение обязывало.

Бессовестно проспав до самого начала Бури, мы выдвинулись на патруль забавной, но грозной формацией. Впереди шествовала мисс Праудмур с двумя автоматчиками — данный авангард освещал дорогу в лишенном энергии городе с помощью мощных нагрудных фонарей. Следом, с разрывом в несколько метров, Гримм катил меня на инвалидной коляске, с восседающими у него на плечах Рейко и Момо. По бокам от меня шли вооруженные своими кинжалами близняшки-горничные, которым выдали две каски с фонариками. Замыкал инвалидно-псевдогаремную группу никто иной, как Накаяма Минору, он же Дарион Вайз, тащившийся с автоматом и унынием наперевес. Венцом, а точнее, своеобразной ягодкой, украшающей этот инвалидно-девчоночий «торт», был мой ворон-фамильяр, сидящий на каске у самого Гримма. Завершали шествие еще два черно-белых автоматчика из части, базирующейся у меня дома.