Книга Лорд в кандалах, страница 106 – Харитон Мамбурин

— Не только. У тебя неплохая чувствительность к эфиру, так попробуй почувствовать, что я сейчас сделаю.

На полупрозрачных пальцах вытянутой руки призрака, так и не соизволившего повернуться ко мне лицом, закрутился разноцветный шар пульсирующей энергии. Я напрягся, начав вчувствоваться в активное заклинание, анализируя то, что оно делает.

— Этот шар поглощает эфир, — докурив, выдал я свой вердикт, — Каким-то образом заставляет его конденсироваться в воздухе, а затем впитывает тонкими струйками. Похоже на ежа.

— Верно, — согласился, разворачиваясь ко мне, маг, — Только вот я создал это заклинание изначально совсем для другого. Оно неверное, ошибочное, неправильное. Всё, что оно должно делать: лишь ровно светить определенное время. Весь эфир, необходимый ему для работы, был передан сразу. То, что ты видишь… цвета, пульсация, сбор нейтральной энергии — это результат погрешностей в работе неотлаженного, но очень простого заклинания. Чем сложнее магия, тем больше этих погрешностей возникает. От них можно избавиться, но лишь до определенного предела сложности и мощности магического преобразования. Какой вывод из этого можно сделать?

— Рискну предположить, что сложные масштабные заклинания в обязательном порядке имеют ряд таких недостатков, — хмыкнул я, не знакомый с волшебством, но имеющий понятие о погрешностях на больших и сложных производствах. Там частенько случались незапланированные «выхлопы» сконцентрированного эфира.

— Не таких. Гораздо серьезнее, — Меритт с кислым видом посмотрел, как я прикуриваю вторую сигарету, но комментировать не стал. Вместо этого, призрак величайшего волшебника небрежным жестом затушил шар, а затем призвал заново, только в десяток раз больше. Я почувствовал, как эфир устремляется в пылающее миниатюрное солнце с такой силой, что уже даже не нужно напрягать чувства. Это ощущалось как неприятный влажный ветер в спину.

Шар погас, повинуясь воле и жесту создателя. Меритт не использовал словесные или начертательные формы для создания магии. Ему хватало собственного воображения и воли.

— Смысл моей демонстрации в том, что наука, называемая «искусством магии», крайне неточна. Но доступна, — кивнул своим мыслям призрак, — Представь себе волшебника-самоучку, что решил спалить из мести небольшой деревянный город. Он планирует использовать парочку заклинаний. Одно для того, чтобы поджечь крыши, второе должно обеспечить очаги возгорания ветром для расширения воздействия. В детали тебе вникать незачем, но расскажу, что будет в итоге — из-за погрешностей сгорит не только город, но и соседний лес. Структурированная магия привлекает нейтральный эфир. В нашем случае пламя и ветер будут дополнительно насыщены энергией, от чего дома и деревья будут гореть куда активнее, чем рассчитывает маг. Особого вреда природе он, конечно, не нанесет, но, Алистер, я сейчас говорил о двух очень примитивных заклинаниях. Второй закон магии — чем сложнее заклинание, тем активнее его погрешности впитывают эфир. Если же оно будет наложено на какую-нибудь большую область, там же закрепятся и погрешности, что приведет в итоге…

— Перераспределение плотности эфира, — понял я.

— Именно. Аномальные зоны на месте ритуалов и битв волшебников. Места, где эфир поглощается какой-либо функционирующей частью заклинания, от чего там на постоянной основе искажены законы природы и мира. Невидимая смерть в воздухе, либо вечно пылающий огонь, снег, растения с кислотой вместо сока, чудовища и нежить. Вы живете в счастливом мире, где подобного не осталось. Можешь за это поблагодарить меня.