Книга Лорд в кандалах, страница 33 – Харитон Мамбурин

Выбор передо мной стоял несложный — либо ждать, пока криминальные элементы соберутся в кучку поплотнее внизу, набираясь храбрости для штурма, либо не ждать.

Я решил не ждать. В перестрелке, а также кулачном и ножевом бою обычно побеждает тот, кто бросил гранату первым.

«АГП-01» люто рванула, будучи уроненной мной со второго этажа. Взрывом выбило несколько стекол, заодно подняв уйму пыли, побелки и табачного пепла. Раздались вопли контуженных, визг взбешенных крыс-поисковиков, ругань и несколько выстрелов.

Начало хорошее. А что дальше?

Глупость, конечно, но ответа на этот вопрос у меня просто не было. Дурное дело привычка — уничтожив недавно кучу народа, бывшего куда более опасными врагами, чем лондонские бандиты, я подсознательно забыл, что нахожусь сейчас в куда более невыгодной позиции. Обстоятельства сработали против — будь я один, то просто придавил бы здесь всё живое Тишиной, низводя обычных людей до задыхающихся и кровоточащих полутрупов, но наличие беременной Рейко в области поражения делало этот ход невозможным.

Ладно, будем наглеть.

Кинув вниз вторую, последнюю, гранату, я постарался, чтобы её полукилограммовая чушка прокатилась подальше перед взрывом. После того, как тот прогремел, я начал спускаться по лестнице, держа в одной руке «грендель», а второй прикрывая лицо рукой, защищенной бронированной тканью.

Зачем я это делаю…

Хороший вопрос. Наверное, чтобы никто не кинул гранату где-либо поблизости от моей жены, если нас «запрут» на втором этаже? Это ведь не Япония, где пейзанки даже после двухмесячного обучения норовят полировать свой автомат по часу в день, а то и возносить оружию молитвы. Здесь умеют грамотно драться.

Первого мужика, вывалившегося из комнаты с очумелым видом, встретил выстрел из «гренделя». Массивная пуля ручной пушки, неумело замаскированной под револьвер, просто разорвала торс бедолаги на две неровные половины, швырнув фонтанирующее кровью и ошметками плоти тело на стену. Вторым была обезумевшая крыса, двигающаяся неровными перебежками. Её, несмотря на габариты, просто размазало по полу кляксой, оставив в половицах здоровенный пролом. Сделав несколько шагов, я остановился, поводя оружием в поисках новой цели.

Она появилась в виде руки с пистолетом, вслепую стреляющим в моем направлении. Поймав две пули в грудь и живот, я дёрнулся вбок, уходя в дверной проем. Неприятно. Жаль, нет больше гранат.

— Том, ты попал? Попал? Ответь, Том!

— Заткнись! Не знаю! Где наши?!

— Идут! Идут! Их Вальтер собирает!

— И ты иди! Сюда иди! Где твой ствол, трус?!

— Здесь! Здесь! Сам трус!

Еще одна неимоверно дурацкая для аристократа ситуация. Мой подавляющий огневой перевес ничего не значит по сравнению с плотностью огня, что могут выставить бандиты. Гранаты в сумме поразили около десятка человек и тройку крыс, что сейчас вовсю кровоточат на полу. Впереди двое явно опасающихся идти вперед маргиналов, у одного из которого оружие точно серьезнее, чем стандартный девятимиллиметровый пистолет, пули из которого поставили мне пару синяков.

Дослав два увесистых патрона в «грендель», я сунул его в наплечную кобуру, доставая «пугеры». Так, штурм? А что остается?

Тьфу. Я точно идиот. Полный, заскорузлый, длинный и местами даже матёрый идиот, который никак не может догнать мозгами новую реальность!