Книга Клан на прицеле, страница 81 – Харитон Мамбурин

— Мистер Уокер, учитывая поползновения мисс Праудмур, я вижу лишь один выход из сложившейся ситуации, — поджал губы я в насмешливом осуждении, — Мы будем должны запереть их обеих здесь, на «Намерениях», предоставив, разумеется, ром, а затем отправиться в город вдвоем.

— Как прикажете, милорд, — невозмутимо кивнул дворецкий, — Буду рад вас сопровождать.

— Вы нас здесь запрёте? — тут же ужаснулась Регина.

— А как иначе? — вопросом на вопрос парировал я, — Дирижабль должен кто-то охранять, мы же не будем его демонстрировать в самом городе?

— Я хочу идти с хозяином, — внезапно произнесла Момо. Тихо и решительно.

Пить одной рыжей не захотелось, так что на хозяйстве был оставлен Уокер и Арк. При всем моем нежелании оставаться без дополнительной пары глаз с воздуха, ворон был единственным мобильным средством связи с «Благими намерениями».

Еще когда я жил в Лондоне, в особняке, где перед глазами мелькал лишь карнавал из преподавателей, учебников и инструкторов, в голову лезли мысли и вопросы. Вот человечество в этом мире разбито на две строго разделенные точки проживания — город и хабитат. В городах собрано все производство, по периметрам стоят станции эфирного сбора, о которых развеивается Буря. Хабитаты, полностью поросшие продуктовыми и декоративными растениями, сажаемыми там везде, Бурей просто огибаются… так? Так. Эфир рассеивается, соприкасаясь с огромной живой массой насаждений. А как быть людям там, где нет никакого смысла ставить серьезные производства, и при этом вокруг не так уж много плодородной почвы?

Порт-Рояль, что совсем недавно, около полутора сотен лет назад поглотил своими окраинами другой город, называвшийся ранее Кингстон, дал ответ на мой детский вопрос — люди умеют приспосабливаться.

Здесь, в этом тропическом раю, темнокожие и улыбчивые местные обитатели навострились использовать старые и примитивные станции эфирного сбора, буквально возводя свои жилища вокруг них. Небольшие шпили с лепестками были облеплены крохотными хижинами, а где окружены особняками. Это старье, по рассказам смуглого болтливого старика, решившего, что с его помощью мы дойдем до города куда веселее, периодически ломалось в самый важный момент, из-за чего населению приходилось срочно перебираться либо к соседям, либо к центральному шпилю станции энергосбора Порт-Рояля, вполне современного вида. Эта центральная станция одновременно являлась и смещенным центром этого большого веселого города, сплошь окруженная десятками питейных и развлекательных заведений на любой вкус и кошелек. Остаться на всю ночь в Бурю можно было, прикупив и выпив 3 стакана местного алкоголя, что было не так уж много, но многодетным отцам приходилось худо.

Более того, многие предприимчивые ямайцы самым бесстыжим образом ставили себе дома где придётся, за окраиной безопасной зоны, а затем, в случае Бури, радостно бежали в таверны. А некоторые алкоголики даже за небольшую плату предлагали взять на себя бремя по распитию обязательного спиртного у едва стоящих на ногах несчастных.

В общем, разгульная специфика этого места, замершая во времени чуть ли не тысячу лет назад, вызывала у Регины Праудмур стойкое и тщетное желание окунуться по уши в местный колорит. Правда, колорит решил успеть первым. Не успели мы и глазом моргнуть, как два полуголых негра, сорвавшись в бег за моей спиной и проносясь мимо, схватили обеих сопровождающих меня девушек, а затем попытались скрыться.