Книга Клан на прицеле, страница 90 – Харитон Мамбурин

— Кроссы не попадают в Ад, — вздохнул я, выуживая первую сигарету и предчувствуя, что она будет за сегодня далеко не последней, — Личная заинтересованность любого для вашей семьи в любом, сколько угодно, объекте или субъекте, совершенно ничтожна по сравнению с эмоциями среднестатистического человека. Слишком слабая связь с субъективной реальностью. Из-за этого недостатка вы единственная семья, уязвимая перед Бурями.

— Но вы же можете…

— Что-то же можно…

И наступил мой персональный кошмар, в котором два чудовища, попутно обследуя поляну, небо и материал палатки, пытают меня тысячами вопросов. Пришлось тысячу раз пожалеть о том, что идею встречать этих мелких бесов в железнодорожном доспехе я отклонил как «неподобающую». Они болтали, болтали и болтали, перескакивая с темы на тему и с вопроса на вопрос. Жара, карибское летнее солнце, удушливая влажность и два монстра, что уже третий час даже воды из фляги не отхлебнут, но продолжают тараторить.

На мое молчание эти подобия детей не обижались, а вот на категорический отказ знакомить их со своими слугами и семьей — да. Точнее, крайне неумело делали обиженный вид.

Всё это время сонмы самой разной насекомьей гадости, имеющей и не имеющей отношение к ядовитым видам, ползло, летело и передвигалось иным способом к позициям сил, сбивших дирижабль Инквизиции. Милые серые детки даже удосужились мне объяснить, как и чем они «обычно» возмещают возможный дефицит носителей серьезных нейротоксинов — заставляя медленных тварей выделять свой яд на пригодные к прокалыванию кожи отростки более мобильных, но менее смертоносных сородичей. Либо, к примеру, атакуя мелким роем относительно резистентных организмов седлоносых лягушек, что водились здесь также, как и в Бразилии с целью забора яда с их шкуры. Наиболее досадным минусом этой способности Кроссов был недостаток вида подконтрольных — редкое насекомое малых размеров обладало резервом яда, достаточным для нейтрализации человека.

Опасная способность.

— Вы можете как-то координировать своих подопечных? — спросил я сосредоточенно обнюхивающих выданную им сигарету детей, — Скажем, заставить их атаковать только тех, у кого есть оружие?

— Нет, сэр, — тут же мотнул головой Шарль, — Мы можем заставить их атаковать сначала силовые доспехи, затем обычные, потом просто людей. Подобную команду они распознать в состоянии, точнее, мы можем распознать через их органы чувств. Но отдельная металлическая палка не воспринимается в фокус.

Что же, Хервин Франсис Кларк, видимо, такова твоя судьба. Хотел я подстраховаться, но не вышло. Впрочем, если уж не врать самому себе, то я бы всё равно гения потом бы убил. Не сколько из-за его образа жизни, сколько из-за того, что не было весомого повода возвращать его назад. Лишние свидетели… кстати, о них. Интересно, сколько успели узнать эти два мелких серых засранца, на лбах которых стали посверкивать первые капельки пота?

— Мы почти готовы.

Эту фразу произнесла Лили Кросс, где-то через три часа после того, как я наловчился игнорировать их голоса. Видимо, в внутреннем семейном кругу подобный навык был делом привычным, потому что девушка, к тому времени выстроившая целую узкую башню из найденных сухих веток, проговаривала их совсем иным тоном, нежели тот, которым она донимала меня и общалась с братом.