Книга Джо 1, страница 123 – Харитон Мамбурин

— Трус…

— Это моя жизнь и это твоя жизнь, котяра. Мы теперь разделены… ну, частично, — не обратил ни малейшего желания на мяв фамильяра я, — Если тебя что-то не устраивает — скажи. Я все равно собираюсь в ближайшее время налечь на алхимию. Сделаем тебе тело получше, а потом ты пойдешь добиваться собственных целей. И прикинь, ты даже не умрешь, если провалишься в процессе! Просто вернешься ко мне.

— Я подумаю над твоим предложением, Джо! — гордо и независимо выдал Шайн, отворачиваясь от меня с поднятым трубой хвостом, — Очень хорошо подумаю! Я не хочу гнить в этой башне всю свою жизнь! Это судьба труса, прячущегося от мира!

— Как скажешь, приятель… как скажешь, — ухмыльнулся я, вновь принимаясь за работу.

Ленивый, трусливый, ничего не умеющий и ничего не желающий, кот мог лишь делать вид, что его слова хоть сколько-нибудь серьезны. За ними, если честно, никогда не стояло ничего.

Ну вот совсем.

Это же кот. Что с него взять… Гм, о чем это я? Сколько канделябров осталось?

Сами себя они не выгнут.

Интерлюдия/Эпилог

Это же время. Место — довольно далеко от молодого мага, починяющего свои канделябры. По меркам смертных, естественно. Для Джо это было бы ровно пять золотых на телепортацию и три дня плавания на корабле.

Остров, на котором нашел себе пристанище маг-отступник по прозвищу Золакс Строптивый.

Нижняя часть его жилища, представляющая из себя вырытый магией и засыпанный (с помощью магии) тоннель, в одном из концов которого обвал, а в другом — красивый портал, лучащийся зеленым светом, через который в туннель тянутся корни, ветки, листья и прочие аспекты матери-природы. Из волшебного мира, как вы уже догадались.

Из портала высунулась рука. Любой доктор, имеющий системное образование, тут же назвал бы эту руку «скелетированной», то есть, представляющей из себя лишь чем-то скрепленные кости… но он бы ошибся. Кожа на этих костях была, хотя непонятно, каким чудом держащаяся. Во всяком случае, будь тут наблюдатель, он бы не сразу унаблюдал эту кожу, а скорее всего, с воплем ужаса, уже мочился бы себе в штаны.

А может быть, даже и наклал, но это если б он дождался, пока из портала вывалится и остальной скелет, одетый в такие лохмотья, что они не выдержали и удара скелетом об пол. Не выдержал удара и второй скелет, зачем-то примотанный парой издохших от времени ремней к скелету номер один. Именно его кости, этого второго скелет, и рассыпались весело по сторонам, когда гравитация взяла верх над мертвой материей.

Первый, кстати, уцелел. Он лежал на полу туннеля, упершись лицом в покрытый травами и корнями пол, неподвижно, как и полагается любому уважающему себя трупу, достигшему такой стадии разложения. Такое поведение уцелевший костяк практиковал целый час, а может быть, даже больше, но затем произошло весьма тревожное действо — покрытый кожей труп еле заметно для любого гипотетического наблюдателя, вроде нас с вами, выдохнул в пол воздух, в котором затесалось еле слышное, почти увядшее при сотворении, но какое-то волшебство.

И оно подействовало. Мало-помалу, в течение нескольких часов, вся буйная растительность, прущая из портала, увядала, лишаясь жизненных и магических сил. Всё это богатство, визуально похожее на облачка золотистой пыли с зеленоватыми искорками, медленно и верно впитывалось в скелет номер один, от чего он постепенно трансформировался, становясь все более похожим на живое (или когда-то жившее) существо.