Книга Джо 1, страница 56 – Харитон Мамбурин

В своей второй из уже пяти, получается, жизней, я был колдуном-бродяжником в мире меча и магии. Ох, как всё было не так, как здесь! Там такие как я шатались по миру, за гроши избавляя крестьян от дряни, половину из которой организовывали себе сами хлебопашцы. Проклятия, наветы, сглазы, мутации, странные животные и плоды экспериментов мало чем отличающихся от нас придурков, забурившихся в леса, чтобы открыть в себе великую мощь. Тогда самым крутым и зрелищным моим волшебством было заклинание временного освящения ножа, которым я либо отрезал неправильное, либо пытался это неправильное затыкать до смерти. Нет, так-то знал и мог многое, но это было совершенно не эффектно и уж точно без воздействия на реальность так, как здесь.

А здесь я, величаво маша жезлом, колол магией кусок скалы, зависшей передо мной в воздухе. Колол не просто так, а ровненькими кирпичеподобными кусками, чтобы потом сложить их в большую кучу и колоть еще. Когда куча становилась совсем большой, я её колдунством поднимал в воздух и нес домой за собой, прямо как сам себе КАМАЗ. А там, дома, с помощью магии, раствора, соломы и такой-то матери я творил новую внутреннюю архитектуру своей башни!

С помощью магии, конечно. Если сила с тобой, то сила с тобой, вес — он только в голове!

Ко мне даже подходил его светлость барон Гогурт Бруствуд, хозяин местных земель, крепкий такой пузатый выпивоха лет шестидесяти. Ну как подходил, подскакивал на кобыле, причем один. Посмотрев на идущую стройку, то есть на материалы, исчезающие внутри башни, понимающе шевелил сизым носом, моргал маленькими добрыми глазками. Затем, осведомившись, не подновлю ли я конюшни в замке, но по-братски, то есть бесплатно, получил крайне расплывчатый ответ, которым и удовлетворился настолько, что задал следующий вопрос:

— А самогон ты, господин волшебник, варить не собираешься? А то, говорят, прошлый-то мастером был этого дела! Правда, и сам спился, но вещи с аппарата чудесные творил!

— Аппарата нету, но я подумаю, — не стал отказывать я, — Дело хорошее.

— Только, — нахмурился этот забавный тип, — будешь варить на продажу — местным давать запрещаю! Мне можно, остальным незачем. Пусть вином и пивом пробавляются.

— Хорошо, ваша светлость, — в поглощенном работой мне проснулся некий интерес к этому человеку, — Местным ничего дурманящего продавать не буду.

— Вот и договорились! — вполне дружески подмигнул мне этот толстый старик, а затем залез в общедоступную часть башни. Там он помацал воздух над чашей, куда нужно было складывать деньги за телепортацию, получил из воздуха пяток золотых, повеселел и, подкрутив ус, сел на кобылу, ускакав в Липавки.

— Через жопу ты, конечно, с властями договариваешься… — критично заметил тогда Шайн, выползая из кустов. Коту стало любопытно, как чувствуют себя змеи, поэтому я превратил его в крупного питона и ему неожиданно понравилось везде ходить лежа.

— Ты, как всегда, задницей слушал, — добродушно ухмыльнулся я, вновь берясь за палочку, — Это Побережье Ленивых Баронов. Сюда назначают баронами людей, от которых больше ничего не зависит. Он не власть, а просто волшебник из соседней башни другой формы. Ну, не совсем волшебник, да. Человек тихо и в удовольствие доживает жизнь.

— Но до этого был явно не ленивым толстопузом? — прошипел кот, собирая кольцами своё змеиное тело, — Полезное знакомство…