Онлайн книга «Псалом дробовика»
|
— Вот дерьмо! — сплюнула на пол рыжая психопатка, — И кого теперь допрашивать, русский⁈ Ты умеешь допрашивать трупы⁈ Ты можешь с ними разговаривать?!! — Сильвио просил присмотреть за твоей задницей, — подумав, объяснился я, поднимая с пола дробовик, — Она в порядке. — Да ты всё испортил! — Тебя, вообще-то, пристрелить хотели. — Я планировала оставить парочку в живых! — А я ведь предлагал сначала пристрелить лишних… ты же знала, что они вас кинули. Но нет, ты сказала, что разберешься сама… — Я бы разобралась! А теперь мы не получим ответов! Ты перебил их всех! — малышка гневно уставилась на меня, забавно шевеля носом. — Может да, а может нет… — пробормотал я в ответ, доставая смартфон, — Сейчас у Алебастра узнаем. Что-то они не произвели на меня впечатление тех, кто озабочен цифровой безопасностью. Дай сюда смартфон этого Матео. Через полчаса мы уже ехали в другом направлении, а Момо, злая до этого момента, вообще бесилась, аж подпрыгивая на сиденье. Не удивительно, учитывая, как собирались подставить их с Касадоре. Совсем не удивительно. Ехали мы, причем, почти ко мне домой. Всего-то на двадцать метров в сторону, в чужой храм, куда мелкая засранка собиралась зайти буквально с ноги. Так она и сделала, тут же заорав на весь приход и, конечно, размахивая своими пистолетами: — В этом мире слишком много русских! Вылезайте, русские! Есть разговор! Технически, в устах этой жопастой мелочи, фраза звучала как «выходите поговорить, есть общая тема для обсуждения», но, в случае восприятия совершенно невинных обитателей православного храма, предваряющая словесная конструкция о том, что в мире слишком много русских звучит довольно угрожающе, с прицелом уменьшить их количество. Бывшие вояки, а никем иным обитатели прихода быть не могли, восприняли поступившую информацию как заявление о штурме, поэтому первым делом к ногам девушки прикатилась граната, шипящая тугими струями дыма. — А? — удивилась Момо, но тут же была выдернута мной и быстро вытащена из здания. — Теперь ты получишь злых русских, надышавшихся дымом, — объяснил я ей, а затем, не отпуская прижатую к груди девушку (ей очень удобно было закрывать предплечьем рот), принялся кричать в щель приоткрытой двери церкви о недопонимании, которое возникло на этом этапе деловых переговоров. Когда информация внутри была усвоена, наружу полился кашляющий русский мат, а вслед за ним и бойцы прихода, вооруженные до зубов, но одетые как попало. — Дхи-с-пен-за! — прокашлял отец Василий, наряженный в белую майку-алкоголичку не первой свежести, да вполне новые семейные трусы, — И ты! Какого черта тут малявка этого одноглазого мудака⁈ — Да нормальный он мужик, в натуре, — ответил я на русском, продолжая играть с бесящейся Момо в куклу, — Но ваши тёрки сейчас не тема для разговоров. Вас хотели подставить. Если бы вышло, вместо вот неё зашло бы что-нибудь крупнокалиберное… Меня укусили за руку, так что пришлось освобождать мелкого демона, который тут же разразился грязной площадной бранью. Стволы, между прочим, Момо не доставала, понимая, что нервные люди с красными глазами и автоматами могут её совсем неправильно понять. Что уважают по всему миру? Правильно, калибр семь и шестьдесят два миллиметра, делающий из человека труп быстро, решительно и бескомпромиссно. Рыжая прекрасно понимала эту нехитрую истину. |