Онлайн книга «Псалом дробовика»
|
— Что не извиняет их тупости, — утвердительно кивнул наш лидер, добавив, — Кстати, Грегори Карпентер скончался в больнице, мы узнали через полчаса, после отплытия. Теперь у них там еще подковерная возня, некоторые хотят занять место секретаря. — Подождите, — нахмурилась вампиресса, наскоро заглотив чашку крови, нацеженную из руки блондина, — Я не поняла. Эти придурки что, штрафники, что ли? С какой стати они нарываются⁈ Их что, уволят из католиков? Предадут анафеме, если они ничего не вынюхают⁈ — Нет, просто на карьере в Ватикане можно будет поставить крест, гм, — задумался Марий над своей шуткой, а затем, улыбаясь, развел руками, — Но с этим мы уже разобрались. Теперь они сами по себе… и давайте уже есть! — Да! — горячо поддержала его вампиресса, взглянув на часы, — Давайте пожрем! А то нам выходить скоро! — Куда выходить⁈ — тут же сделала большие глаза кицуне. — Нас ждут в гости. Скажите, вы когда-нибудь хотели погладить медоеда? Интерлюдия — Ты⁈ — это всё, что она успела выдавить из себя перед тем, как мачете воткнулся женщине в плечо, разрубая ключицу. — Я! — оскалился он, отпуская рукоять клинка и пиная жирную тушу пяткой в живот. Эффект это вызвало слабый, слишком уж несопоставимы были весовые категории, но кто сказал, что нельзя продолжить? — Я! Я!! Сволочная шлюха! — продолжал он остервенело вдалбливать тяжело раненную женщину внутрь её жилища, — А ты кого ждала⁈ А⁈ Кого⁈ Удар, удар, еще удар. Пока она, схватившаяся за рану, не упрется в стену, сползя по ней с отвратительным звуком скрежетнувшего по твердому дереву клинка. Как тот хорошо вошёл! Даже не хочет выходить! Человек, с силой захлопнув шаткую дверь, присел на корточки перед своей жертвой, тяжелой дыша и глядя в её мутнеющие от боли глаза. Его переполняли эмоции, в основном гнев. Жаркий, слепящий, заставляющий всё нутро трястись, гнев. Чувство предательства. — Мы приняли тебя, сука, мы уважали тебя, старая трусливая мразь! — он не говорил, а почти рычал, — Ты жила, упиваясь дарами бедняков, обманывая их и утешая своими лживыми словами! Мы считали тебя одной из нас! А что ты сделала, Сола⁈ А?!! Где Мадж, Крепо, Лад Уд⁈ Куда увезли наших стариков, Сола⁈ С кем теперь разговаривать моему отцу⁈ Как ему теперь жить⁈ — Ч-что…? Я не понимаю… Син Па…? Какой… отец…? — еле слышный сип он уловил, поняв, что Мама Сола почти ничего не соображает. Из раны на плече негритянки кровь не просто шла, она струилась как из вскрытого горла молодого поросенка. Вид этой льющейся жидкости почему-то оказал умиротворяющее влияние на напавшего. Даже он, не получивший нормального образования, понимал, что Мама Сола — всё, гарантированный труп. Ничто и никто не успеет её спасти. — Да-да, я Син Па, и у меня есть отец… — присев на корточки перед умирающей, представился мужчина, — О нем все забыли, о бедном безумном дураке, давно забыли, до твоего прихода, жирная тварь. Старики не забыли. Те самые, которых сегодня забрали люди в костюмах. Такие, знаешь, те люди, которых ты всегда ненавидела. Под которых легла. Без этих старых пней моему отцу будет совсем худо, Мама Сола. Как ты могла так поступить с нами? Что они тебе сделали? — Ак… — глаза лживой колдуньи закатились, и полное тело начало дергаться в судорогах. |