Онлайн книга «Прожорливое терпение»
|
Пылая местью, мы с бывшей ведьмой вознеслись на начавший нагреваться под лучами просыпающегося солнца холм… чтобы тут же уткнуться лицами в траву и захрапеть. Тут было почти тихо, только слегка шуршали ползающие змеи, стрекотали кузнечики, орали соловьи и хрустели чем-то мыши-полевки. В общем, было практически идеально. Слегка отоспавшись и утолив голод тем, что завалялось в инвентарях, мы уже с слегка поутихшей жаждой крови начали целенаправленный поиск логова двух особ, явно оказавшихся здесь с континента Фелис. Искать кого-то в лесу, даже небольшом, занятие жутко безблагодатное. Вокруг, блин, деревья! Они, блин, одинаковые! То есть ты смотришь направо, смотришь налево, смотришь назад или вперед — и вокруг одни деревья! Ориентировались мы по мини-карте магикона, от чего прочесывание всё-таки шло своим чередом, но уныния навлекало просто вагон. Полчаса, час, два… как-то вот совсем не вяжущийся с моим обычным приключенческим процессом жизненный эпизод. — Мач, а ты меня любишь? — донесся коварный, неожиданный и насквозь предательский удар сзади. — Лучше, — просипел я, с облегчением вспоминая, что на лице у меня здоровенный рогатый кабуто с маской, из-под которых не видно полное офигения лицо. — Это как? — Саяка аж забежала вперед, чтобы симулировать откровенный взгляд глаза в глаза. — Я тебя терплю, — честно ответил я ей. — Ууу… — повесила девушка нос. — А ты бы осталась со мной, не удваивай я характеристики? — хрюкнул в забрало я. — Нет! — тут же последовал честный ответ с честными глазами. — Ну вот видишь, товарищ Такамацури, — улыбнулся я, — Наши отношения строятся на трех самых крепких вещах в мире — выгоде, страхе и похоти! О какой любви может идти речь? Девушка многозначительно хрюкнула, отворачиваясь и подставляя спину и то, что пониже, уже для моего коварного и подлого удара. — А вообще, если так подумать, — размеренно начал я, — Ты же у нас получила жутко элитный класс! Тебя никто больше не назовёт недоучкой и бесполезной! Так зачем тебе дальше подвергать себя опасности в моей компании, а, Саяка Батьковна? Получи, фашист, котлету! У меня от вопроса «люблю ли я», чуть шерсть вокруг хвоста не поседела! Сколько еще подлостей и гадостей мне подкинет этот мир? Нет, ну всё же нормально шло, вот откуда у нас во время охоты на вредителя, да еще и посреди леса, это внезапное «нам нужно поговорить»? Нет уж, буду отучать! Если что-то работает — не трожь!! А то будут проблемочки! Тьфу ты! — Калиус златозубый, — внезапно охрипшим тоном доложила мне Саяка, вперившись остекленевшим взглядом в дерево. Её взлохмаченные русые волосы закрывали глаза, — Ломкая и пахучая древесина содержит в себе множество смол, часть из которых пригодна для изготовления клея, необходимого мастерам-изготовителям деревянных големов. Подсохшие щепки калиуса… могут много лет… отгонять насекомых… если их… положить… Я присмотрелся к дереву, об которое заклинило лохматую партнершу. «Стифенсигалис кулинарный» Ах ты… Подзатыльник праведного возмездия уже летел по направлению к чересчур хитрозадой горничной, но акт возмездия оказался прерван… звуком. Неподалеку кто-то заливисто хохотал молодым женским голосом. …и ему подпискивали мерзким, гадким, но таким знакомым сопрано Мимики Фуому! |