Книга Прожорливое терпение, страница 81 – Харитон Мамбурин

Разумеется, летающие здоровенные книги, злобно хлопающие своим содержимым, были совершенно со мной не согласны, тут же кинувшись в атаку. Подождав, пока два десятка гадостных монстров не подлетят ко мне поближе, я рухнул на одно колено, активируя второй приём.

«Пламя страсти». Удар огнем по немалой площади в форме сердца с «рыцарем прекрасной дамы» в центре.

Горячооо!! А еще и сильно обожженные, но выжившие выбрыки литературы начали меня грызть стадом!

Удар! Удар! Уворот! Блок! «Разящий удар»! Критический удар! Стоп, она что, только что предсмертно томно зашелестела?! Пофиг! Удар!

«Пламя страсти»!

Горячоо!!Но как же хорошо горят эти недорукописи!!

Вскоре воздух был очищен, а я вовсю боролся с искушением закинуть пару заработанных очков класса в приём «пламени», подозревая, что это далеко не первое и не последнее за сегодня. Правда, при мысли о том, что вот это «горячо» станет еще «горячее» мои тестикулы вовсю пытались углубиться туда, где под них не было место. Нет-нет, мысль хорошая, да, но мы её думать не будем.

— Лечение! — продекламировал я, — Мне нужно лечение! Где целитель?!

К счастью, кидаться ко мне за защитой никто не стал, дураков не было бежать к психу, что поджигает себя и окружающих без разбора. Зато, прочухавшие мою просьбу и эффективность люди тут же оживились, понимая, что я им тут категорически то, что прописал доктор. Только бы его найти.

Заглатывая с неохотой передаваемые мне Блюстителями зелья здоровья (опять забыл их купить!!), я топотал вперед, врываясь в залы, как Чингисхан в красивых полонянок. Делал рывок в центр, окидывая взглядом диспозицию беснующихся монстров и людей, затем вновь провозглашал спящую высоко под нами донкреветку самой красивой, от чего все несогласные книги тут же кидались на меня. Затем следовала вспышка «пламени страсти», после чего ко мне уже кидались бегущие позади вооруженные разумные, помогая добить обугленные книги.

— Кому здесь нужен целитель?! — наконец раздался звонкий и преисполненный жаждой помощи девичий голосок, а толпа только что спасенных Смотрителей оказалась раздвинута крепкой грудью помятой, уставшей, но сверкающей глазами Матильды Шлиппенхофф. Роба монашки была мастерски разорвана от низа до пупка, из еще одного разрыва на груди было видно кружевной бюстгальтер, глаза сверкали, а руки искрили какой-то священнической магией.

— Мне нужен! — обиженно рявкнул сильно закопченный я, по которому жрица промахнулась взглядом.

— Мач-сан! — счастливо взвизгнула девушка, кидаясь ко мне с раскрытыми объятиями, — Вы живы!

— Хииииииил! — тоскливо провыл я в ответ на это, глядя, как в помещение врывается целая стая шуршащих страницами монстров.

— Ой-ой, сейчас! — заторопилась юная жрица, вставая в нужную позу, — «Высшее исцеление»!

От продемонстрированного девушкой шоу мужская часть дружно сглотнула кирпечеобразные сгустки слюны, а женская синхронно клацнула челюстями не хуже, чем вырвавшиеся из воздуховода Библиотеки монстры. Правда, целительница не унялась, а прекрасно зная, как на мне плохо работают жреческие умения, разразилась целым каскадом исцеления. Я так засмотрелся на мелькающие передо мной бедра и груди, что прощелкал момент, когда жрица возопила:

— «Благословение богов»! «Вдохновляющая ловкость»! «Духовная крепость»!