Книга По сложной прямой, страница 125 – Харитон Мамбурин

— Досталось? — почти сочувственно спросила валькирия, с места запрыгивая на пожарную машину, — Не можешь превратиться.

Вновь киваю. Худо мне, товарищ начальник. Больно, уныло и устало. Мне в люлю надо. Избитый я, частично испаренный, частично замороженный. Хотя… Окалина выглядела тоже потрепанной, но в меру бодрой и злой.

— Слышишь, Изотов-старший поблизости, — внезапно произнесла блондинка, щуря глаза, — Он из-за дождевой интерференции мог уйти только туда, где её нет. А здесь в округе, я уверена, из доступных ему и знакомых мест лишь катакомбы. Бункер. Он ранен, Витя, мне уже доложили. Он устал. Он в темноте. Он ждёт, пока закончится дождь… понимаешь?

Я молча висел, изображая из себя внимательно слушающее облачко. Ныло всё, что можно и нельзя. Голова кружилась. А еще меня тошнило. Здравствуйте, я Витя, я туман, и меня тошнит.

— А знаешь, что еще самое интересное, Вить? — продолжила майор, — Телепортаторы не могут визуализировать пространство для переноса, слишком схожее с тем, в котором они находятся.

Твою мать. Мать! Твою! Окалину! Белобрысая гадкая стерва, умная, проницательная, жесткая как удар по яйцам, безжалостная как триста тридцать три судебных пристава! Сучка!

Зараза!

Да, они не успеют, а главное — не смогут организовать рейд туда, в подземную тьму Стакомска! Более того, слишком не мобильны, слишком зависимым от источников света, слишком… да всё слишком по сравнению со мной! Только я, только здесь и только сейчас!

Зарррраза!

Напутственные слова, добрая женщина с перспективой стать моей тещей? Ну эта, двухметровая широкоплечая безжалостная стерва, только что одной рукой придвинувшая к себе сраную пожарную машину?!!

— Вырви ему глаза, Симулянт, — голосом, от которого икает даже стрелок с волшебными пальцами, карабкающийся на ящики, произносит Окалина, — И сломай ноги. Но оставь живым. У меня к твоему дяде много вопросов. А ноги я ему потом сама отрежу. Если захочешь, то будешь присутствовать.

А что? Захочу. Эта девушка определенно знает, как уболтать молодого человека на подвиги.

Наверное, у меня слегка едет крыша, потому что я выбрасываюсь настоящим смерчем белого тумана прямиком из гаражного окна, выбивая стекла к такой-то чертовой бабушке. Не обращая внимания на выстрелы милиции, на крики, на боль от десятков тысяч капель, барабанящих сквозь моё тугое, но такое неплотное тело.

Удрав подальше от скопившихся вокруг здания людей и неосапов, я сквозь люки вбуриваюсь назад, во тьму, в говны канализации, несусь над фекальными советскими массами огромным белесым червяком с поехавшей крышей, распугивая крыс, бомжей и тараканов. Остервенело ищу по стенам заглушки кабелей, закрытые коммуникации, забранные решетками технические ответвления. Нахожу, куда деваться, попробовал бы я не найти. Это не так уж и сложно, слишком большой этот подземный Стакомск.

Большой и пустой.

А затем я ищу. Знаете, уважаемая публика, а бытие огромным туманным червяком, у которого поехала крыша, не так уж и противно. Даже удобно. Он может перемещаться в темноте со скоростью, которая и не снится обычному человеку, а когда ему нужно что-то нащупать, то он эту скорость может снизить, став натуральным газовым облаком, ищущим свою цель на ощупь. Ну… не совсем на ощупь, всё-таки, я прекрасно ощущаю то и тех, кто в меня попадают.