Книга По сложной прямой, страница 58 – Харитон Мамбурин

— А второе? — позволил я своей старперской натуре взять верх.

— Да, второе…, — протянула гора мышц, из которой таких как я можно было бы четверых настругать, если по объёму, — Мы тебя жестко тогда у общаги помяли, не выкупили что творится… ну вот…

— Чего тянешь? — недовольно буркнул его сосед, Алексей, дувший как раз разведенную в воде «сяпу» так, как будто пьет не концентрат спирта, а водичку, — В общем, Вить, ты когда нас в казарме уронил своим разводом, парни как-то поняли, что можешь себя контролировать. А здесь у нас только те, кто может. Только мы друг к другу привыкаем, понимаешь? Быстро учимся доверять. А ты, уж звиняй, страшный, будешь в тонусе держать. Поэтому тебе и предлагаем с нами тут зависать и полегонечку даже драться. Научим кое-чему, покажем, подскажем. В ответ ничего такого, просто думаем клин клином вышибить. В спарринге.

— Привыкнуть к моим кошмарикам нельзя, — честно предупредил я.

— Зато мы можем привыкнуть к тебе, — пожал плечами борец с «сяпой», — Авось поможет. Нина Валерьевна нас тогда чуток поздно вырубила, по мозгам дало жестко. Она же и сказала, что если попробуем ну, побазарить там, потренироваться, то может чего и выгореть.

— А еще ты пакистанку угандошил, которая Димку выпотрошила, — добавил Егор, — Кишки ему залатали, жить будет. Лежит, всё сюда зайти грозится. Такие дела.

Несколько неловкий разговор, но смысл лежал на поверхности. Мужики хотели и избавиться от того, что отпечаталось в их подсознании, и заодно получить спарринг-партнера, который будет держать их в напряжении. Отказываться от подобного предложения не просто глупо, а попахивает невероятным лицемерием, учитывая, что я наплёл психиатру. Да и вообще, в идеальном будущем, мне именно с этими людьми работать, пусть даже и не полноценным бойцом, а чисто так, туманчиком покошмарить. Рискованно, конечно, но…

— Я в деле, — согласно мотаю я головой, — Только вопрос — как вы еще друг друга не переубивали?

— Доверие, — говорит Алексей, переглядываясь с Егором, — Начинаем всегда от малого к большому, работаем по нижнему пределу, никогда не лупим от души. Боевой опыт чисто на операциях, знаешь… это сказка и мечта. Тренироваться надо. Ну и еще это.

Он показывает мне кулак с оттопыренным большим пальцем.

— Способность, назвали ради смеха «Колдун», — поясняет свой жест Алексей, — Если я оставлю на ком-то потожировой отпечаток, то в течение часа примерно шарю, насколько напряжены мышцы помеченного, сколько в нем адреналина бродит, всё такое. А еще я этой способностью могу отключить того, на кого она поставлена. Всего на секунду, но… нам хватает. Так что если я почую, что у кого-то башню рвёт, то просто его вырублю. Или обоих сразу, чтобы никому не прилетело, понял?

— Понял, — пожимаю плечами я, — Когда начнем?

— Да прямо сейчас, — встает с места эта гора мяса с кулаками размером с мою голову, — Знал бы ты, как я выспаться хочу!

Вот я попал…

Поединочный зал — отдельная комната, чуть ли не бункер, обложенный стальными толстыми листами, под которыми, по словам человека, собирающегося меня ударить, лежат звуконепроницаемые гибкие панели. Больше ничего тут нет. Лампы, спрятанные в потолке, зрительные… бойницы, сквозь которые тело не пролетит точно, даже моё. Отличная атмосфера. Ах да, листы из стали на стенах? Ну те, что толщиной сантиметра три? Те, которые я не понимаю, как сюда затащили?