Книга Война без людей, страница 8 – Харитон Мамбурин

— Девочки! — постучал я в закрытую дверь комнаты с коматозным немцем, — Мы идём гулять! Я одеваться! Вы тоже одевайтесь! У нас четыре минуты!

Когда вышел одетый и в маске, в квартире уже никого не было. Бросили меня одного! Эх, слабачки. Не выдержали какой-то недели взаперти. Хотя стоп, недели? Или двух? Календарь-то никто не переворачивал, как определить-то? Пофигу, сейчас поднимусь и всё станет ясно…

Перед «Жасминной тенью» была аж целая толпа встречающих, человек сорок, наверное, преимущественно вооруженных и смертельно серьезных. Впереди всех стояла товарищ майор в шинели нараспашку и с сигаретой в зубах, а позади, ближе к вновь покрывшемуся льдом пруду, кучковались обитатели общежития вместе с нашей дорогой комендантшей. Такое себе зрелище, очень грозное и обрекающее. Мне бы впору сжаться аки мокрому воробушку и начать просить прощения за всё подряд, но вот как-то, понимаете, душа к этому не лежит. Вот совершенно.

— Ну… как отдохнул, Изотов? — почти куртуазно спросило меня родное начальство.

…чем моментально вывело из себя.

— Отдохнул? — очень мягким голосом переспросил я, слегка наклоняя голову.

Немного помолчали, меряясь взглядами. Совсем немного. Первым неладное прочухал Алексей, он же Колдун, всё-таки мужик мужика понимает слегка на другом уровне, это у нас такое, генетическое.

— Так, Витя, ты это… — огромный мужик в разгрузке и бронике успокаивающе поднял руку, — Не надо.

— А я и не буду, — успокоил я его, вновь переводя взгляд на начальство, — Витя не отдыхал, товарищ майор. Витя возвращался. И прежде, чем вы озвучите по отношению ко мне хотя бы одну претензию, предлагаю сделать следующее — сначала дать мне провериться у специалиста… только не у товарища Молоко. Пока мне Нину Валерьевну не показывайте, пожалуйста, могу не сдержаться. Ага. И второе, да. Точно. Второе… Если у кого-то хотя бы на лице мелькнет гребаная тень мысли о том, что я, обнаружив себя похороненным заживо, не должен был разносить всё подряд, а смирно ждать, пока меня освободят… если я увижу хотя бы тень, если я, бл*дь, хотя бы пойму намек на неё на чьем-нибудь — то будут трупы. Как минимум мой.

И еще пара минут тишины и игры в гляделки.

— Циркулярно отбой, — произносит моя почти теща, стряхивая пепел с сигареты, — Поехали, Изотов. К специалисту.

Отвернувшись, она пошла к машине, а я, с упреком бросив взгляд на своих трех девушек, обнимающих плачущую Викусика, поковылял к ним, сделав Колдуну пару успокаивающих жестов. Мол, я щас.

— Уйди, Изотов! — тут же шарахнулась Кладышева, — Уйдииии!

— Да ладно, чего вы, — смущенно пробубнил я, глядя, как от меня прячутся две бессмертных «чистых» и одна призрак, — Ну хорошо же погуляли…

— Погуляли? — как-то хрипло произнесла Юлька, — Ты это называешь «погуляли»?

— Ну…

— Уходи, Витя. А то мы будем кричать, — высунувшаяся Янлинь грозно нахмурилась, игнорируя подзывающие жесты родной бабушки.

А вот возьму и уйду. К специалисту, ага. Тем более, что девчонки это не всерьез. Ну, процентов на девяносто так думаю, всё-таки немного… увлёкся.

Пару дней спустя

— Гм, — глубокомысленно промычал Соломон Самуилович, виртуозно вращая ручку между короткими толстыми пальцами, — Ну-тесс, Нелла Аркадьевна, что вам сказать? Молодой человек поступил, конечно, чрезмерно, да… чрезмерно, но единственно правильно. Иначе не скажешь. Да.