Книга Двуногое всесилие, страница 42 – Харитон Мамбурин

— Молодец, девочка! Зришь прямо в корень! — громкий мужской голос, внезапно раздавшийся от двери, едва не заставил женщину и девушку подпрыгнуть на месте.

В помещение стремительно вошёл… Валиаччи, жадно пожирая взглядом «распятого» Изотова. За итальянцем грудились остальные члены ученой братии этого центра, прожигая спину «стигмовца» ненавидящими взглядами. Тому определенно было плевать.

— Расслабьтесь! — велел он, садясь за рабочий компьютер Нины, — Здесь не совсем я, просто сверхплотная проекция, которой я управляю. Чувство, кстати, омерзительное! Не понимаю, как вы, Юлия Игоревна, вообще существуете! Или у вас есть осязание, обоняние? Нет, о чем это я, конечно же, есть! Иначе бы разум деградировал, попав в неполноценную оболочку, а, насколько могу судить, что вы, что другие призраки — все чувствуете себя замечательно! Ладно, не будем об этом!

Нина остолбенело молчала, глядя, как энергичный итальянец жадно пожирает глазами данные, которые они кропотливо собирали по крошке. Сам Симулянт одно дело, но вот проверить всех, кого задел инцидент с Центром, сравнить показатели, попытаться вывести зависимости… И вот этот негодяй здесь, пришёл на всё готовое…

— Если у кого-то из вас есть возможность связаться с внешним миром, — неожиданно громко проговорил итальянец, — Даже думать забудьте о том, чтобы сообщить хоть одной живой душе о том, что я здесь! Этим вы сделаете только хуже себе и остальным! Все, кому надо, — в курсе! А теперь оставьте нас! Мне нужна лишь товарищ Молоко! И знакомые этого молодого человека! Его Друзья! Любовницы! Все! Finita!

— Кто сказал, что мы будем вам помогать? — процедила Нина, бледнея от злости.

Итальянец, замерев, шумно выдохнул, потёр лицо ладонями, хотя до этого и жаловался, что проекция не способна передавать тактильные ощущения, а затем посмотрел на Нину взглядом взрослого, бесконечно утомленного детскими капризами.

— Mierde… — пробормотал он, — Давайте кое-что проясним, тоуварисч? Я готов признать, что мы, в каком-то смысле, антагонисты! Вы нарушали мои планы, я нарушал ваши, посторонние фракции нарушают наши, которые теперь, благодаря вам, в каком-то роде стали общими! Если вы по своей наивности думаете, что Центры, подобные тому, что среагировал на Симулянта, есть во всех Зонах, то глубоко ошибаетесь — нет! Я проверил! В Дремучем был единственный! Итак, суммируем — мы находимся в точке совершенной дестабилизации, вам угрожает масса факторов, включая атомную бомбу или, к примеру, штурм китайскими войсками!

На этот моменте те, кто грел уши у двери, взволнованно зашумели, на что последовал рык итальянца.

— Проще говоря, товарищ Нина, вы и ваша команда в совершенно безвыходной ситуации! Единственное, что хоть как-то удерживает вас на плаву, так это понимание, что вы — совершенно уникальный ресурс. Я тоже уникальный ресурс, si? Мы можем либо совместно прояснить текущую ситуацию, либо просто дожидаться, пока у кого-нибудь не выдержат нервы! И, поверьте, есть угрозы и для меня лично! Я рискую не меньше, а больше вашего!

В других обстоятельствах, она бы никогда в жизни не согласилась ни на одно предложение этого вивисектора, но история не терпит сослагательных наклонений. Живой, подвижный, наглый, совершенно беспринципный итальянец, хозяйничающий сейчас с её компьютером, был абсолютно прав — союзников у них нет. Стороны тоже. Для всех без исключения Витя и остальные, включая её, Нину, представляют из себя либо ценный ресурс (для китайцев), либо крайне ядовитую змею, уже укусившую вырастившего её человека. Способную укусить еще раз. Именно так воспринимают работу… Вити.