Книга Пинок азарта, страница 101 – Харитон Мамбурин

Мне нужна Алиса. Она будет всеми силами против еще одной поездки под землю, но увы и ах, я не догадался схватить мелкого крысюка. Да и тот, кажется, был к подобному готов.

К церкви я подходил в твердой уверенности, что придётся откачивать и Тарасову, и Виолику, потому как нализаться тогда для «птенца» было просто первоочередной необходимостью, но вместо того, чтобы обнаружить в жилой зоне двух упитых девчонок, я обнаружил целую толпу зеленокожих, трущуюся как в церкви, так и около неё. Очень и очень раздраженных орков, гоблинов и полукровок. Они рычали, орали и грозились кому-то сделать чрезвычайно больно.

К счастью — не вампирам. Без проблем протолкавшись внутрь («это Арвистер, он друг Виолики!»), я обнаружил самый настоящий военный совет. У алтаря стоял молодой, но явно видавший жизнь полугоблин с повязкой на одном глазу и что-то рассказывал столпившимся вокруг оркам, на что те кивали, орали и потрясали колюще-дробящим вооружением. Решив, что случилось страшное, я принялся протискиваться дальше, собираясь узнать, что случилось с монашкой или, упаси демоны, с Алисой.

Не успел. Обе женщины, волновавшие в данный момент мой ум, вышли одна за другой из каморки Виолики. Но в каком виде! Нет, Алиса в обычном, только слегка покачиваясь и имея в руках мой кухонный нож (зачем сперла⁈), а вот Виолика… нет, она тоже была в своем монашеском одеянии, только поверх него имела натуральный кожаный корсет с кобурами, да и руки тоже с плеч до запястий были покрыты чем-то вроде кожаной брони с металлическими заклепками!

Мало того, у нашей не-очень-святой Радиган в руках было по внушительному полуавтоматическому пистолету!

Её появление собравшаяся публика встретила многочисленными воодушевленными воплями, среди которых не очень таились обещания порвать кому-то жопу и заставить жалеть о своем рождении. Среди незнакомых морд я увидел и несколько знакомых. Тут стояла почти половина неформалов из «Всех святых», включая одинокую Лалатину. С мясницким топориком. Какого лешего⁈

Как будто бы этого было мало, именно в этот момент откуда-то со стороны раздался женский вопль, полный искреннего горя:

— Кеннет мертв! Он умер!!

Все сразу затихли, а мне, чуть протолкнувшись вперед, удалось увидеть этого самого Кеннета — огромного мускулистого орка, лысого как коленка. Сильно избитый бедолага полусидел у стены в луже собственной крови. Кажется, он истек ей из раны в спине. Перевязывали его тут же, видимо, её не заметили. А скорую не вызывали. Странно.

Тем временем, Виолика добралась до алтаря, лихо на него запрыгнула без помощи рук, а затем, уставившись в зал диким взглядом, не менее дико завопила:

— Они убили Кеннета!! Не простим!!! Все, способные держать оружие — за мной!

Толпа отозвалась восторженным воем. Громче всех визжала мой птенец, задрав к потолку церкви ручонку с зажатым в ней кухонным ножом…

Кто мы? Что мы? В чем смысл этой жизни? Приснилась ли философу бабочка или же бабочке приснился он? Кто её раздавил в прошлом? Что это была за сволочь? Нравились ли ей, сволочи, сырники?

Все эти сложные экзистенциальные вопросы выбил у меня из головы звонок мобильника.

— Ты где? — коротко поинтересовался в трубке голос бывшего начальника.

— Иду по Золотушной, скоро свернем в Качельный переулок, — послушно ответил я, — Они убили Кеннета, надо отомстить.