Книга Пинок азарта, страница 120 – Харитон Мамбурин

— Действительно, — хрюкнул Гарру, — когда заварушка началась, я видел, как тягач с одним вагоном пошёл. Че-то из головы вылетело.

Каббази очень невовремя ушёл по делам…

Я рванул с места, сразу набирая спринтерскую скорость. Мотоцикл? Далеко, я на них ездить особо не умею, особенно по рельсам. Джарред? Не смешно. Прошло уже минут пять-десять, а из волчеров бегуны так себе. Коты? Коты летят. Отстают, но крыльями машут старательно. Умницы мои.

Держись, Мыш, сейчас папа тебя спасёт.

Вывести Ассоль Лаудберг из-под указа Оргара Волла-третьего можно было лишь одним образом — вывести её из-под законодательства Омниполиса, включив в специальный реестр, а подобное я мог провернуть либо обращением, либо признанием родственных отношений. Как такового выбора мне не оставили, но это мелочи.

Мы ответе за тех, кого приручили. Пустили в дом, в сердце. Да, обычному человеку и гоблину этого не понять, как и не понять той тонкой пелены, которая отделяет у бессмертного чудовища вроде меня разницу между игрой в жизнь и жизнью как таковой. Моя величайшая сила, жизнь, зиждется на том, что я верю в то, что живу. Эта вера не простит ни малейшей попытки срезать угол. Карточный домик в моем разуме стоит незыблемо, пока я верю в то, что скрепляет карты. Именно поэтому я бегу, тратя по капле силы, вслед за неторопливо идущим вдаль тягачом, именно поэтому всерьез беспокоюсь за ту, что недавно нашла приют в моем доме.

Человек бы сказал: «Конрад, ты идиот. Ты час назад держал в руках приказ о дератизации города! Ассоль Лаудберг перестала иметь для тебя хоть какой-то смысл, остатки её расы выжгут, выморят, вытравят из Омниполиса! Зачем тебе дома нужна огромная человекоподобная крыса⁈ Расслабься!»

Прав ли он будет? Безусловно. Для чудовища, только что безжалостно разодравшего кучу почти разумных существ и совсем недавно всерьез рассуждавшего о вырезании целого городка невинных человеков или орков, такие поступки кажутся алогичными. Но именно они позволяют мне сохранить человечность. Я — двойной паразит. Не только пью кровь живых существ, но и цепляюсь за них, живу ими и с ними. Жил и раньше, попросту зная, что в моем доме тусуется забавная парочка из дурной мелкой полугоблинши и её большого доброго брата.

Ты не можешь быть и неживым монстром, и человеком одновременно, нужно делать выбор. Он легок, на самом-то деле, люди — те еще монстры, так что ты ничего не лишаешься. А вот остаться смертным душой и разумом… да, это тяжело.

Но я справляюсь.

Тягач с одним вагоном шёл относительно бодро, так что мне пришлось выложиться почти полностью, когда я его догнал и запрыгнул наверх. Полежал чуток, хватая ртом воздух, а затем пошёл убивать машиниста. Тот, жирный, черный и вполне откормленный рэтчед, явно увидел меня заранее, поэтому сейчас вовсю убегал вдаль, слегка прихрамывая, зато без оглядки.

— Ну или так можно… — пробормотал я, останавливая несчастный тягач.

Бросать тут всё, ползти к вагону, раскрывать его на ходу? Я устал, ребята. Тем более, что самкам, если они там, куда будет проще свыкнуться с мыслью о провале побега и вступить со мной в переговоры, если всё произойдет постепенно. Даже отпущу их. Две крысы много дел натворить не успеют, Мыш дороже… Черт, надо будет сказать Гарру, чтобы держал пасть на замке, я вовсе не собираюсь сообщать Ассоль изменение в её статусе. Без очень веской причины.