Книга Щекотка ревности, страница 120 – Харитон Мамбурин

— Ты забыл поздороваться со мной, Конрад, — из теней выступила новая фигура этой нелепой пьесы. Бледная кожа, черные доспехи, огромный меч за плечами. Острые уши.

— Вестник, — помедлив долю секунды, кивнул я, — Ты всегда был рядом со мной.

— Не с тобой. С дочерью, — спокойно ответил эльф-вампир, подходя к белокурой фигуре в белом платье, — За тобой я только приглядывал.

Даже так.

— Отпусти Ульяну, Конрад, — дрогнувшим голосом попросила Дианель, даже не обернувшись на вставшее рядом с ней воплощение смерти, — Она больше не будет. Как, кстати…

— Если женщина с тобой годами с удовольствием трахается прямо при любых обстоятельствах, ничего не прося и ничего не ожидая, — проворчал я, вновь обнажая запястье и начиная колдовать, — а потом неожиданно устраивает тебе поездку в другой мир, то поневоле заподозришь её вообще во всем!

Молодая гоблинша с тихим сипом свалилась на паркет, но затем почти сразу поднялась и быстро убежала к эльфийке, понурив голову. Мои девушки ожгли её взглядами, крайне далекими от любви и всепрощения, но не произнесли ни звука. Один только Грегор буркнул себе под нос что-то неодобрительное, и отвернулся смотреть на огонь.

— Все в сборе? — поинтересовался я, — Или кто-то еще заглянет на огонек?

— Все, — уверил меня Вестник, отстегивая меч и садясь в одно из свободных кресел, — Конрад, расскажешь мне, что ты понял? Я, Сейлайзер Ерманкиил, прошу оказать мне эту честь.

Вздохнув, я задрал голову к потолку. На нем тоже были красивое составленные дощечки, покрытые узорами. Диана зверски упоролась по этому дому. Неужели ей больше нечего было делать?

— Знаете, — пробубнил я, не отводя глаз от потолка, — Мне очень хочется сказать, что хорошего обычно бывает лишь понемножку. Очень уж надоело трепаться. Но раз такая оказия… я хочу стул.

Одна читающая Дианель, вторая напряженно и растерянно смотрящая то на меня, то на батю. Девушки, переглядывающиеся, молчаливые. Напряженные. Черт побери, я хочу знать магию, которая может столько женщин сделать молчаливыми… Ульяна, изображающая из себя побитого щеночка. В её взглядах, которые я то и дело ловлю, нет ненависти, только страх и досада. Она поняла, что я давным-давно подстраховался в её случае. Да, зеленая, живым иметь дело с вампиром — это постоянно ошибаться, принимая его за такого же, как ты.

Стул подлетел ко мне, направляемый волшбой Дианель, я поставил его спинкой вперед, положил меч себе на колени, а потом, опустив голову на руки, весело осмотрел присутствующих.

— Авантюра, — неспешно и со вкусом сказал я, — Не могу знать причин, но думаю, что это связано с твоим, Вестник, переходом в вампиры. Дочке не понравилась роль, которую начал играть отец, поэтому девочка решила побороться с окружающим миром и твоей судьбой. Тихий книжный ребенок, папино счастье, мамина радость. А заодно можно убить несколько зайцев в процессе, ведь из вампира не сделаешь назад эльфа… зато нас можно освободить. Неплохое начало?

Бледный эльф, чуть дернув губой, неожиданно лукаво посмотрел на дочь, которая определенно смутилась.

— Дальше больше, — продолжил я, — Дианель знала, что ей в любом случае понадобится… привести доказательства. Состряпать нечто убедительное, скомпроментировать маложивущих так, чтобы не возникло никаких сомнений в правоте нашей маленькой девочки. Что может подойти лучше, чем старый добрый Агалорн? Небольшое человеческое королевство, сверхстабильная структура власти, образцово-показательный пример того, что хотят видеть драконы. Поэтому она устроилась в королевский дворец тихой незаметной библиотекаршей. Использовав, естественно, какие-то чары, чтобы расселить своё сознание в несколько тел, легенду нужно было поддерживать много лет, безупречно и неукоснительно. Годится?