Книга Щекотка ревности, страница 89 – Харитон Мамбурин

И вот этот скользкий прохиндей реально легендарный король трехсотлетней давности⁈ Они не могли в это поверить!

Сколько он здесь находится, он ведет себя по арвистерски, а не по легендарно-королевски! Даже когда расхаживает в непривычной одежде и даже с мечом на поясе!

Книгу они разбирали долго, причем, не обошлись и без топлива. Его уходило много, потому что переводчиками фраз работали буквально все, включая Дианель и даже собаку, подвывающую в некоторых местах, из-за чего совместная деятельность постоянно требовала смочить горло. В результате все, кроме Грегора, собаки и котов (ухаживавших и наблюдавших за Грегором) налакались в зюзю, расчувствовались и ревели до трех часов ночи, пока не начал реветь несколько раз разбуженный ребенок.

Затем коты, не выдержав, выгнали всех из зала, а собака даже слегка куснула Мыш за хвост. Та плакала особенно пронзительно, но что вы хотели от рэтчеда?

Утром, когда из своих покоев вышел выспавшийся Конрад, незаметно вернувшийся вечером по дворец, они все (включая даже Дианель!) молча и синхронно пошли его обнимать. Вампир, нервно дёрнув глазом, ретировался в свой кабинет, сообщив, что будет очень занят, но они не сдались и пасли его под дверью, пока он, каким-то образом связавшись с котами, не натравил своих грубых и бесчувственных животных на девушек. Тем снова пришлось отступить, а по ходу отступления они выяснили, что коты украли принца и собаку, спрятав их в кабинете у короля-вампира.

— Ничего, — шмыгнула тогда носом Тарасова, обнимая Мыш за талию, — Мы еще поговорим! Это будет серьезный разговор!

— Ага! — горячо согласилась начитанная и еще слегка пьяная после вчерашнего Ассоль, — Обязательно!

А затем они пошли все вместе в ванные комнаты (и Ульяна тоже), но это была уже совсем другая история.

Утро задалось не ахти.

— Ваше величество…

— У меня есть планы на сегодня. Вас в них нет.

Как и на завтра и на всю следующую неделю.

— Вопрос очень серьезный, ваше величество. В Крейзене арестованы заговорщики, в том числе и господин Брахиус. Ваше присутствие… необходимо, и срочно.

Да что ты будешь делать. День, считай, насмарку, потому что ехать надо. Ненавижу заговоры. Этот еще, скорее всего, с целью свержения и всего такого, Брахиус у нас же патриот, только вот близорукий. Совершенно не видящий того, что полимеры не просто давно просраны, а мастерски перераспределены между герцогствами. Что любой конфликт, любой ультиматум, выкаканный Ванландам или Краудбергам — и они, ласково улыбаясь, попросту обрушат Агалорн в задницу.

— Ну вот зачем вам это было нужно? — тоскливо спросил я пухлого Брахиуса, сидящего со скованными руками, — Объясните, зачем? А самое главное, ответьте на вопрос, господин Брахиус — вы что, слепой?

— Простите…? — откровенно напуганный, но несломленный человек гордо выпрямился на стуле.

— Бароны Ажпараг, Кирквальс, Себетуш… — скучающим голосом перечислил я, — граф Норнберг, ваш… «козырь», должник с перезаложенным собственным вассалам имуществом, позор страны. А еще бард, надо же. Вы в прокламаторы потянули барда, не выходящего два года из творческого кризиса и запоя. Вы понимаете, насколько это смешно и жалко вышло, господин Брахиус?

— Нет, не понимаю, — выдохнул человек, — Не желаю понимать! Не желаю спокойно сидеть и смотреть на то, как рушится Агалорн! Как его продают все, даже сам король Конрад Первый!