Книга Поцелуй скуки, страница 11 – Харитон Мамбурин

— Я изящная! — мне в лицо было брошено полотенце. Когда я его снял, то обнаружил съежившуюся дочь, сидящую передо мной с таким выражением лица, как будто бы она сама вчера кого-то похоронила.

— Мне… нужно тебе кое-что рассказать, — явно нехотя выдавила Алиса.

Сердце у меня ёкнуть не могло, оно и так еле работало, но определенный озноб по позвоночнику прошёл.

— Ты вляпалась в дерьмо или тебя вляпали? — осведомился я, кладя руку на Камень. Хрен с ним с растратой дефицитной жизненной силы, сейчас нужно прийти в себя. Черт же дёрнул нас с Джарредом попробовать тот «заменитель крови рэтчедов», который втюхал его знакомец! Штука работала и на вампиров, вот мы и наклюкались до невменяемости…

— Всё не так грустно, Арвистер! — мне даже показали язык, но потом снова скуксились с вопросом, — Ты же видел, как я зажигаю в последнее время?

— Да?

— Ну вот это было не просто так, — Тарасова, несколько раз глубоко вздохнул, выпалила, — Я заключила сделку с корпами! Они взяли меня на работу!

История сначала казалась прозаичной. Тарасову вызвонил какой-то гном, она надела панталоны и вышла в люди. Гномов оказалось трое, да еще в сопровождение Гантрема Джоггера, давнего дружбана Тарасовой, с кем она была вась-вась еще тогда, когда являлась простой человечкой в Нижнем мире. Ну вот, в какой-то засратой забегаловке три корпо-гнома и один гоблин склонили мою дочь к извращениям… то есть, к работе. Сразу на «Гранит», «Омнитехнику» и «Ультрон» под покровительством Управления.

— Сам ты это самое… извращенец, — прокомментировали мою краткую выжимку информации.

В чем суть? У Управления нет ресурсов, нет людей, нет инфраструктуры, чтобы поддерживать постоянную интеграцию нашего маленького интернета в большую сеть Нижнего мира, а у корпораций есть возможность и насущная необходимость это дело срочно организовать. Так как цифровизация Омниполиса лишь вопрос времени, изрядно пощипанные корпорации решили его сделать более цивилизованным, используя единственного специалиста, то есть Тарасову, как прокси, чтобы одновременно получить преподавателя, незаинтересованного контролера, на которого согласно Управление, и того, кто…

— Нормальный смертный в фокусе сможет пахать только два-три часа, — рассказывала Алиса, — И то это заливка себя кофе, таблетосами, выгорание там всякое. А я могу обойтись кровью, легко. На весь день, на всю котлету. Крови будет хоть залейся… пап.

Ах, вот почему она такая смущенная. Ну-ка, ну-ка…

— Заинька моя острозубая, а сколько тебе платить обещали? — сделал я тон как можно более сахарным, — А? Скажи папочке?

Тарасова совсем скуксилась.

— Сто… — почти пропищала она.

— Сто… чего? — не понял я, но уже предчувствуя… всякое.

— Империалов! — не выдержав, гаркнула дочь, краснея как томат, — В месяц!!

Ёжики-корёжики, не удивительно, что она такая вся на стуле извертелась. Сотня империалов — это сотня тысяч талеров Омниполиса. У Шпильки и Шегги, работающих напрямую на Старри, сейчас зарплата три империала, и это очень хороший показатель для города. Солидный. Могучий. Но совсем недавно, особенно по моим меркам, Анника Скорчвуд считала, что у неё очень удалась неделя, если она зашибала в неё… пять-шесть талеров.

— Если ты им скажешь, они тебя убьют, — подумав, озвучил я, — И съедят.