Книга Поцелуй скуки, страница 95 – Харитон Мамбурин

Ирония, дамы и господа. Она правит бал всегда. Смотрите на что угодно, меняя перспективу, и вы обязательно, стопроцентно, абсолютно всегда отыщете иронию. Даже в загибающемся от рака младенце. Ну, если вы верите в какого-нибудь абсолютного, но при этом милосердного и любящего Создателя. Вам приходило в голову, что милосердие и любовь — ограничивают существо?

Вновь шагая за живым мертвецом, я позволил себе отвлечься, уплыть в иронию старых, давно пожеванных и затертых мыслей.

Вот, к примеру, возьмем христианскую Библию? Самое начало практически, история об огороднике Каине и пастухе Авеле, двух братьях. Пока один пахал, сеял, поливал, бил колорадского жука и издевался над своей спиной, второй тупо перегонял скот с места на место, причем довольно лениво, настолько, что животные то и дело вытаптывали посевы брата, либо жрали их. А что потом? Один брат кладет на алтарь морковку, редиску, злаки и помидоры, а второй тупо забивает жирного барана. И оп! Жертва принята именно авелева. Иронично, не правда ли? Какой вывод должен сделать верующий на этом месте — непонятно, но какой вывод сделал Каин? В некоторых версиях Писания он дико опечалился, дал брату по голове (обоснованно), тот помер. В других версиях было тоже самое, но при этом Каин швырнул труп на алтарь, в качестве жертвы.

Очень ведь логично? Если барана приняли, то безответственного ленивого барана должны были бы оторвать с руками? Увы, но нет. Не сработало. Вместо этого Каин был наказан, хотя причин и условий для наказания, вроде бы, не было. Старина Мойша со своими каменными табличками спуститься с горы должен был ой как нескоро.

Я, конечно, скромный вампир, а не толкователь Библии, но от всей этой истории пахнет даже не фаворитизмом, а банальным болезненным любопытством. Мол, что будет, если дитачку щелкнуть по носу? Чисто так, позырить, что случится?

Чем-то это все очень напоминает реакцию Верхнего мира на происходящее. Интересно, насколько укоризненно покачал бы головой ангел Валера, если бы услышал мои размышления?

— Мы разве не вниз идем? — поинтересовался я у своего спутника, перехватывая меч в ножнах другой рукой.

— Планы немного изменились, — поведал мне остроухий мертвец, подходя к возносящему лифту, — Демоны сделали шаг вперед, возбудив моих сородичей, это выиграло нам пару часов. Хозяин хочет, чтобы часть этого времени ты потратил, общаясь с той, кого привел сюда.

Видимо, реализует нечто другое, догадался я, поднимаясь с помощью магии вслед за Советником. Неудивительно, когда занимаешься импровизацией, приходится подгонять некоторые детали. Позволить старине Конраду в последний раз обнять бывшую возлюбленную? Как мило. Хотя, будь моя воля, я бы поспешил. Это ощущение в груди… крайне малоприятно. И становится все хуже.

Впрочем, это чувство слегка притупилось, когда я с удивлением понял, что дохлый эльф привел меня не куда-нибудь в кладовку, где томится Эмма, а прямиком на банкет, где она вовсю блистает.

Шикарно отделанный зал, множество свечей, всюду бродящие люди в деловых и выходных костюмах, да и на самой полудемонице похожий прикид, а уж скучающее выражение лица и бокал в руке говорят, что чувствует она себя предельно уверенно и свободно… в отличие от окружающих. Эти самые люди, общающиеся меж друг другом в основном на английском языке, были, наверное, самым чуждым элементом в Магнум Мундусе из всех возможных. Их родиной был Нижний мир.