Книга Тьма и Пламя, страница 73 – Владимир Батаев

Нет, я не винил себя за то, что натворил Бернард. Но всё же настроение мне эти новости попортили. Уж лучше бы кто-то мечтал меня убить как деревенского выскочку, чем вот так. Враг, которого можно найти и устранить, лучше, чем чужая вина, в которой винят тебя, а ты уже не можешь ничего исправить.

И Мэг вряд ли станет сильно легче от того, что настоящий Бернард мёртв, а в его теле живёт пришелец из иного мира. Рожу-то она будет видеть ту же самую. И даже более наглую, чего уж отрицать.

— Я понимаю, — не стала спорить Ингрид, погладив меня по щеке. — Ты бываешь нахальным и грубым, но в глубине души ты хороший человек.

Ага, замечательный просто. Скажи это всем тем, кого я убил…

Нет, если серьёзно, плохим человеком я себя не считаю. Но и хорошим тоже. Так, нормальный. Серединка на половинку. Возможно, потому меня после смерти не отправили ни в Рай, ни в Ад — аж два раза. А оставили страдать фигнёй в «среднем мире», пусть это даже каждый раз разные миры.

Пью, курю, бью людей, предаюсь разврату с женщинами, азартным играм тоже не чужд, хоть и не фанат. Ну и не только бью, но и убивал — по необходимости, на войне, когда либо ты, либо тебя, таких же наёмников или регуляров, не мирняк. Ну, в пьяной драке в трактире кто там кому по башке табуретом залепил, и с каким результатом — это отдельный случай, опять же, не я эти драки начинал. А уж когда началось, там либо дерёшься и бьёшь, либо просто огребаешь. Почти как на войне, но нет задачи бить насмерть и трупов в итоге куда меньше.

Вот уж не ожидал, что в академии для юных аристократов будет кто-то хуже меня. Причём тот, в чьё тело я и попал. Ну, вон Итан, конечно, говнюк, но это в нём скорее детская вредность проявляется. Или он что-то знал о Бернарде и презирает меня за это? Ведь не факт, что я теперь уже всё знаю о подвигах бывшего владельца своего тела. Мог он и ещё чем-то отличиться успеть… Всего за несколько дней в Форте, какой шустрый. Мразь!

Видимо, что-то отразилось у меня на лице, поскольку Ингрид отреагировала.

— Ты ни в чём не виноват, — произнесла она, положив руку мне на затылок и с силой надавив. И впившись поцелуем мне в губы.

Я ответил, приобняв её за талию и прижав к себе.

Эх, не понимает она. Себя я ни в чём и не виню. Слегка противно быть в образе такой сволочи. И что кто-то другой смотрит на тебя, как на последнюю скотину. За свою репутацию обидно. Ну и Мэг жаль, само собой.

Но главное чувство — разочарование.

— Знаешь, — произнёс я, когда Ингрид перестала меня целовать. — В моём мире писали книжки о попаданцах в другие миры. И они там спасали мир, ну или хотя бы свой род или близких того, в чьём теле оказались. Обычно это был слабый и слабовольный парнишка, но хороший. А мне вот достались тело и личность мрази. Который никому не нужен, и от которого никто ничего не ждёт.

— Ты дурак, что ли? — удивилась «тётушка», слегка шлёпнув мне ладонью по щеке. — Ты нужен своей группе как командир, и хорошо себя проявил себя в этой роли. Нужен своим девчонкам, как… Ну, это ты с ним сам разбирайся, как кто. Нужен мне и Сэнди как хороший любовник… Пусть и не навсегда. Мало? Бернард не годился ни на одну из этих ролей!

— А что, в Императоры меня в итоге всё-таки не возьмут? — ухмыльнулся я, прижав её ладонь к своей щеке.