Книга Меч за 500 золотых, страница 26 – Владимир Батаев, Робин Штенье

Я быстро достал книгу с логами и пролистал последнюю ночь и предыдущий вечер. Нет, принятого квеста там не было. Вообще ни одного нового квеста. Получается, я развлекался в свое удовольствие? Нет, ну неплохо, конечно же… Да я бы даже сказал, отлично так провел время! Что уж говорить про то, что спал, наконец-то, в удобной постели… Но она же NPC! Бррр!

— Да вы посмотрите на него! — Себастиан сидел на подоконнике в коридоре, ведущем в покои Изабеллы, и ел яблоко. — Сам меня нанял графиню соблазнять, и сам же эту графиню… Деньги все равно согласно тарифу! По счетчику!

— Подожди, Себа, — попытался отмахнуться я, снова перечитывая лог, но он только сильнее разозлился.

— Себа?! Еще раз назовешь меня так, убью, наплевав на квест! И потом еще на кладбище неделю сторожить буду, мешая ресаться!

— Чего?

Честно говоря, сократил до «Себа» вместо «Себ», только чтобы не спутать с «Зеб», больно уж похожи. А вы же помните, что Зеб у меня на особом счету, ни один дзен-буддизм и вегетарианство не остановят меня, когда я проломлю ему голову и сожру мозги. Он все равно ими не пользуется, раз установил себе эту игрушку, да еще и стригоя успел создать. Вы же не думали, что я сам эту прелесть в качестве тестового игрового персонажа выбрал? Сейчас-то, конечно, я, судя по всему, красавчик, зеркало бы еще! Но то, что Себа злится на такое сокращение, даже мило. Надо запомнить.

— Того, — он запулил в меня яблоком, — Эдвард Калахен, блин.

Единственный Эдвард Калахен, которого я знал, был постоянным клиентом на моей работе — страшный, что мой стригой. Ну, может чуточку симпатичнее стригоя, конечно, но все равно урод. Получается, Себ меня сейчас обидеть хотел? Нет, он же не мог знать моего Эдварда. Видимо, у него какой-то свой, и дело, возможно, совсем не во внешности.

— Признавайся, сколько в Харизму вкачал?

— Да не качал я ее, — пожал плечами, спрятал книгу с логами, осмотрел коридор.

Окна с тяжелыми бордовыми занавесками, без решеток. На стене портреты предков: все как один благородные рыцари в доспехах, шлемы с закрытыми забралами. Видимо, тоже в каком-то роде Эдварды Калахены с носом картошкой и оттопыренной нижней губой.

— Значит, абилка какая-нибудь вампирская. Признавайся, какие пассивки работают постоянно? — наступал Себастиан, словно на допросе. Только доброго полицейского у него не было, ибо он по натуре одиночка, насколько я мог судить.

— Сумерки, — я снова пожал плечами.

— Ага! Так и знал! Сумерки!

— Это чтобы на солнце не обгореть.

— Давай-давай, заливай дальше. Себу не проведешь! Себа сразу понял! — Он вдруг остановился и с ужасом уставился на меня: — Ты заразный!

— Что?

— Заразный. И светишься!

Свечусь? Я быстро посмотрел на свои руки — да вроде обычные. Но Себастиан продолжал смотреть на меня, как на ходячую бациллу, поэтому я не выдержал:

— Здесь зеркало есть? — И предвосхищая его ответ, быстро добавил: — В поместье! Пять золотых, если отведешь меня к зеркалу.

— Десять!

Вот ведь жмот. Он в банке, что ли, работал, ипотеку выдавал, например? Или на бирже ценных бумаг? Может бухгалтер, что зарплату рассчитывал?

— Хорошо, — я решил не спорить, мне еще уговаривать его к великану идти.

— В кабинете графини не было?

Я покачал головой: зеркала там я и впрямь не заметил, и возвращаться к Изабелле не хотелось. Не с Себастианом уж точно. Ему еще квест надо сделать на получение прощения, но это потом.