Книга Меч за 500 золотых, страница 88 – Владимир Батаев, Робин Штенье

Я вытаращил глаза, а Винс поперхнулся помидоркой. Ну да, они же с Изи в койке кувыркались. И что же, она от него…

— Две жизни сразу живёшь, — продолжила Яга. — Отдал кто-то тебе силу свою молодецкую. Вот и живи за двоих, полной жизнью, не отказывай себе. И его этим уважишь.

Я выдохнул с облегчением. Винс тоже, но громче. Ну да, он-то попал бы, а я — просто обломался. Хотя тоже хорошего мало. Вот ведь Яга, психотерапевт доморощенный. И откуда всё видит и знает? Один я, как дурак, не могу ни игрока от непися отличить, ни читера опознать. И даже тролли мне попадаются неправильные, синие и шестирукие.

Научи дурака интеграл по закрытому контуру брать… Не, так себе сравнение, да и интегралы, пусть и по закрытому контуру, Себастиану явно неинтересны. А вот играться с подаренным вязаным ремнем — это самое то! Стукнуть бы его чем посильнее, да только драка в мои планы не входила. Драка — дело затратное, а в карманах хорошо если триста золотых найдётся. Мара не обманула и действительно дала ответы на три серьёзных вопроса по игре, ответила честно, дав возможность проверить её слова с помощью гипноза. Такой выдержки я и в реальной жизни никогда достичь не мог, что уж говорить об игре, в которой меня всё бесит и которую, скорее всего, не покинуть, пройди я хоть тысячу легендарных квестов. Интересно, а есть здесь неидиотские способы умереть, ибо не зачекаться на респе в течение трёх дней — метод совсем уж для даунов. Или клиентов подземных лабораторий клана Красной Горы…

— Чего вздыхаешь? — идущая рядом Изабелла недовольно покосилась в мою сторону.

После Белого Града и неудачной попытки напоить её сывороткой правды Белла перестала оказывать мне знаки внимания, только знаки ненависти. Хотя после битвы с красногорцами чуть-чуть подобрела. Листал я тут логи… в общем, я бы тоже подобрел, если бы увидел Высшего вампира в деле. Нет, я не хвастаюсь — ужасаюсь, потому что всё больше начинаю себя бояться.

— А вздыхает он, очевидно, по рыжей красотке, с которой провёл ночь масленицы, — подключился к разговору Себ, оставив, наконец, подарок Яги в покое.

— Ты откуда знаешь? — выпалил я, не подумав.

Язык мой — враг мой. Особенно в компании Себастиана. Вот ведь наверняка предположил наобум, а я возьми и сознайся.

— Ну так, волос рыжий в воротник рубашки вшит.

Я удивленно оттопырил воротник и уставился на вышивку. Видели когда-нибудь огненный трилистник на удачу? Вот и я не видел до сего дня. А ведь сам просил Мару зачаровать инвентарь на увеличение и в шутку спросил про проклятие женщин и привлечение удачи. Надо же…

— Как же ты теперь из игры по квесту того? — продолжил донимать Себ. — Или рыжики отдельно, мухоморы отдельно?

— Какие ещё мухоморы? Ты их уже не в первый раз упоминаешь.

Белла прыснула в кулачок, Себастиан заржал не скрываясь. Идиоты. Я демонстративно надулся и пошёл вперёд, но далеко уйти не удалось. В паре метров от нас стоял бородатый мужик в черном килте в красную клетку и пытался играть на волынке. Ну как пытался: щеки раздуты, грудь колесом от переполняющего её воздуха, но ни единого звука от несчастного инструмента. Мне стало жаль беднягу. Я подошел к нему и дернул на себя одну из деревянных трубок. Ничего. Потянул сильнее и понял, что прилип.