Книга За гранью добра и зла. Книга 2. Шут в поисках, страница 32 – Владимир Батаев

— Тебе не понять, – отмахнулась она.

— Напротив, очень хорошо понимаю, – возразил я. – Конечно, у меня никогда не было такого могущества. Да, честно говоря, сейчас я как раз на пике своих возможностей. Но знаешь ли, у каждого человека в жизни бывают моменты потерь и неудач. С твоей-то точки зрения это всё сущие мелочи, не заслуживающие внимания вовсе. Но для нас, жалких смертных, личная катастрофа равносильна концу света. И хочется выть на луну, лезть на стены и бить в них кулаками и головой. Из-за мелких таких трагедий, непонятных вам, сильным мира сего. Ну или не сего, а любого другого.

— И как вы с этим справляетесь?

— Разбиваем кулаки об стену, воем на луну, пьём, – пожал плечами я. – Рано или поздно оказывается, что трагедия была не так уж велика. Ну или не оказывается. И тогда человек шагает из окна или с моста. Ты от меня панацеи ждала? Ха-ха три раза. Лекарства от тоски и депрессии нет. Говорят, время лечит, но это врут. Надо это просто пережить, смириться и жить дальше. Найти новый смысл жизни, изменить жизнь к лучшему. Короче, стиснуть зубы и терпеть, иногда разрывая полночную тишину заунывным воем.

Да, психолога из меня что-то не получается. Слишком широкая тема в целом, при том очень слабо соотносящаяся с конкретной ситуацией. И конкретные примеры приводить – заведомый провал, для титанши все людские беды ничего не значат.

— Ты выбрала в целом верную тактику, – продолжил я. – Ничто так не помогает вернуть вкус к жизни, как возможность её лишиться. Даже если пять минут назад подумывал шагнуть с моста, когда начинают угрожать тебя с него скинуть – отбиваешься.

— Проверял? – хмыкнула Эмма.

— Ну, не конкретно с мостом, – пожал плечами я. – Но в целом да. Драка – лучшее средство от депрессии. К тому же, бить в стену больнее, чем в чью-то морду.

— А что случалось с тобой? – полюбопытствовала титанша. – Какая трагедия?

— Ничего особенного, – я снова пожал плечами. – Никаких вселенских катастроф. И даже трудного детства с деревянными игрушками, прибитыми к полу, и скользким подоконником не было. Просто мелочи жизни, дерьмо случается, как говорится. Увы, ни одной пафосной истории в запасе.

— Ладно, не рассказывай, если не хочешь, – не поверила Эмма. – Но тогда тебе придётся признать, что у меня случай посерьёзней. Хотя в целом ты всё же прав. И драка с орком действительно помогла, немного. А раз уж он нас не убил, так тому и быть. Тем более мы, кажется, наткнулись на что-то интересное.

Я поморщился. Лезть в древние оркские катакомбы в целях психотерапии для титанши в мои планы точно не входит. Может, Либра заинтересуется, тогда с ним Эмму и оставлю.

— Со мной не соскучишься, прорвёмся, – заверил я. – А ограниченность возможностей добавляет остроты. Подумай о новых ощущениях.

— Думаю постоянно, – кивнула Эмма, как-то загадочно улыбнувшись. – Вали в ванную уже.

Я прикусил язык, но предложение потереть мне спинку проглотил. А ну как согласится…

В посредственном кинематографе моего родного мира существует несколько ужасных клише. Одно из них – утреннее пробуждение мужчины и женщины в одной постели. При этом всегда как минимум один из них не помнит, как такое произошло – зачастую оба. И начинаются долгие выяснения, было между ними что-то или не было. Иногда на этом вообще основан весь фильм.