Книга За гранью добра и зла. Книга 2. Шут в поисках, страница 43 – Владимир Батаев

— Вы расстались всего пять дней назад, – напомнила титанша.

— Это были очень насыщенные дни, – развёл руками я. – По моему субъективному восприятию, они вполне сойдут за несколько месяцев. Мне что, надо сидеть и страдать от невозможности быть рядом с любимой? Страдания и терзания ни на шаг меня к ней не приблизят. Я делаю всё, что могу. К тому же…

— Что?

— Всё относительно, – буркнул я.

Разговор свернул куда-то совсем не туда. Зачем она приплела Вайпер? Чего добивается? Хотя, ведь права, во всём права. Пять дней… Неужели, с глаз долой – из сердца вон? Но не так быстро же. И я не собираюсь отказываться от поисков. Неужели подсознательно я уже уверился, что не смогу найти Вайпер? Или просто мне надо отвлечься. В том числе от мыслей о времени.

— Да уж, романтического героя из тебя не выйдет, – покачала головой Эмма.

— Не пойму, чего ты добиваешься, но в любом случае, мне это не нравится. И я не собираюсь играть в твою игру по неизвестным мне правилам.

Я распахнул дверь, собираясь уйти, но за ней обнаружился орк с подносом, уставленным кувшинами. Моё пиво принесли. «Официант» ошарашенно вылупился на меня – постучать он не успел. Я молча забрал поднос и захлопнул дверь у него перед носом, ничего не объясняя и не дав чаевых. Пускай распространяет слухи, что я телепат, сквозь стены вижу или слышу… или чую пиво издалека, но до такой версии орки вряд ли додумаются.

— Что больнее, разбитое сердце или ущемлённая гордость? – поинтересовалась Эмма.

— Удар ножом в почки, – буркнул я, залпом осушив полкувшина.

— Какой же ты всё-таки прагматик, – упрекнула титанша.

— А также эгоист, наглец, грубиян и много кто ещё, – пожал плечами я. – Это всё не новости. Я своих недостатков не скрываю и не стыжусь. И даже не все из них считаю недостатками. Уж какой есть. Не нравлюсь – никого не держу, никому не навязываюсь.

— В том-то и дело, – протянула она. – Плевать ты на всех хотел. На меня, Экхарда и даже Вайпер. И к ней тебя сейчас тянет скорее азарт погони и стремление получать желаемое, охотничий инстинкт.

Я рассмеялся.

— Давненько такой чепухи не слышал. Психолог из тебя паршивый. И ты совершенно меня не понимаешь. Впрочем, я сложный человек.

— Ты как открытая книга, – развела руками Эмма.

— Написанная на неизвестном языке, – хмыкнул я. – Впрочем, ты отчасти права. На Экхарда и даже на тебя мне действительно плевать. Я не гуманист и не филантроп. Да, мне плевать на большинство людей, а также орков, эльфов и прочих. Большинство людей хорошо относятся ко всем, кто не сделал им ничего плохого. У меня взгляды почти противоположные. Я безразлично отношусь ко всем, кто не сделал мне ничего хорошего. Пока они не встают у меня на пути, тогда я через них перешагиваю. Хотя и при этом редко начинаю ненавидеть, разве что совсем достанут, они для меня просто чужие, потому не жалко. Как видишь, и с Экхардом были по разные стороны баррикад, а сейчас на одной. Но ни он, ни ты до сих пор не пожелали стать для меня своими. Почему мне не должно быть плевать на вас? С чего мне дорожить фактически посторонними людьми, даже если мы путешествуем вместе? Не надо лезть мне в душу и пытаться судить или поучать, нет у тебя на это никаких прав.

— Понятно, – сухо кивнула титанша. – Мы не враги, но и не друзья, просто попутчики. Плясать вокруг тебя на задних лапках в попытках заслужить кусочек сахара в виде твоей приязни никто не собирается. Вопреки твоему мнению, самовлюблённый тип по прозвищу Джестер не является центром мироздания.