Книга Палач по объявлению, страница 103 – Владимир Батаев

В трактирном зале всё оказалось спокойно и даже почти мирно. Не считая баррикады у двери и загораживающих окна перевёрнутых столов. Севольда не было, однако с кухни доносился стук поварёшки о котёл или сковородку и запах готовящейся еды. Осада там или штурм, а завтрак по расписанию! Это правильно, одобряю.

— Сева! — заорал я. — Жрать тащи! И пива! У меня нервы!

Трактирщик мигом высунул из кухни свою бородатую рожу. Судя по красному цвету физиономии, он и сам успел успокоить нервишки горячительным.

— Сей момент всё будет, — заверил он. — Только хлеба нету.

Он покосился на Мелиссу. Та кивнула, подтверждая, что ввела меня в курс дела. Вот, значит, с Севольдом она общий язык нашла. И даже несмотря на то, что раньше буянила в его трактире и крушила мебель. А на меня огрызается, будит по утрам, в лучшем случае дразнит и провоцирует приседаниями и подпрыгиваниями в голом виде. Надо с этим что-то делать.

Пара столов всё же остались в неприкосновенности, так что где разместиться нашлось. Горячая яичница под пиво — что может быть лучше с утра? Завтрак чемпиона, который уже везде победил и перестал всем доказывать, как он крут. Мелисса моих взглядов не разделяла, а потому уплетала кашу, запивая компотом. О бродящем вокруг таверны монстре напоминала только перестановка мебели.

От неожиданного стука в дверь я едва не расплескал половину кружки.

— Открывайте! Это стража! — донёсся знакомый голос.

А ведь Орана уверяла, будто и близко ко мне больше не подойдёт. Интересно, это случайность или капитан Ширам специально послала именно орчиху? Севольд начал сноровисто двигать мебель, освобождая дверь. Я даже не подумал встать и помочь ему, в грузчики не нанимался.

Орана припёрлась не одна, а с целым отрядом стражи. Они ворвались в трактир, держа оружие наготове и осматриваясь по сторонам. Увидев меня мирно рассиживающим за столом и попивающим пиво, орчиха рявкнула что-то непонятное. Раз непонятно, значит матом. Ну или древняя молитва Колёсников, что в её случае очень сомнительно.

— Ты вообще в курсе, что происходит? — осведомилась она, нависая над столом.

— Гомункул сожрал пекаря, — пожал плечами я. — Так в жизни бывает. Сегодня ты кого-то ешь, завтра тебя. В лучшем случае, умрёшь от старости и пойдёшь на корм червям. В худшем, пойдёшь утром на работу и попадёшься голодному гомункулу. Уж тебе ли не знать?

— Мне? — удивилась Орана.

— Конечно, — спокойно кивнул я, прихлёбывая пиво. После второй-третьей кружки меня вечно тянет на философствования. — Стражники же постоянно рискуют жизнью. Преступники почему-то имеют привычку сопротивляться аресту и отбиваться. Нож в печень, никто не вечен, знаешь ли. Вот только не думал я, что работа пекарей такая опасная. Эх… И в дождь, и в снег, и во мраке ночи… Хотя нет, это из другой профессии.

— Ты нажрался, да? — риторически вопросила орчиха. — Какой ещё гомункул?

— Он всегда такой, — вместо меня ответила Мелисса. Кажется, она опознавать риторические вопросы по интонации не умеет. — А кто же это был, если не гомункул?

Орана махнула рукой сопровождающим её стражникам. Один из них подошёл и бросил на стол передо мной руку. Отрубленную. Хорошо, что я успел позавтракать, а то весь аппетит перебили бы.

— Ну и что это? — осведомился я. Орана открыла было рот, но я поднял ладонь, останавливая её. — Только не говори «рука».