Книга Отрекшийся по неосторожности, страница 86 – Владимир Батаев

Из парочки пришлось быстро свалить, поскольку контингент мне сильно не понравился. Зато третий в нашей ситуации оказался просто идеальным! Завидев среди посетителей сидящих в тёмном углу типов в капюшонах, я прямиком направился к ним. Договариваться с представителями Гильдии мне было не впервой, так что вскоре мы прошли по подземному хожу и оказались в совсем другом трактирном зале. Где зависали в основном объявленные вне закона полукровки, всё те же гильдийцы и несколько продажных стражников.

Сперва я жалел, что с нами нет Аланы, чтобы аккомпанировать мне на лютне. Но оказалось, что Мелисса знает кучу местных народных песен, а также обладает отличным голосом. И чего только раньше стеснялась продемонстрировать! А Лора с радостью согласилась изобразить подтанцовку. Выходило у неё нечто в цыганско-латинском стиле, разве что бубна или маракасов не хватало.

Местных песен я не знал, но, по сути, для аккомпанемента хватало просто бренчать на трёх аккордах. Так я мог даже до изучения музыкальных навыков через интерфейс. Потому такая музыка мне поднадоела, пришло время сыграть кое-что собственного сочинения.

— Пусть девочки пока передохнут и освежатся, — заявил я. — Можете угостить их пивом. А я спою сам.

Публика была настроена вполне благожелательно. Авось бить всё-таки не станут. Так что я заиграл и запел:

— Мой король, не велите казнить дурака,

На рассвете покину дворец, а пока,

Песню спеть мне позволь, благородный король,

Шут исполнить намерен последнюю роль.

Я принцессе вчера серенаду пропел...

Что ты так удивлён — всё же я менестрель!

А глупышка немедля влюбилась в шута,

Песня к сердцу её мне открыла врата.

Не гневись, мой король, песнь дослушай мою,

Не намерен тебе подложить я свинью,

Набиваться в зятья и не думал, поверь,

И не стану я лезть к твоей дочке в постель.

Мне корона нужна, как корове седло,

В жизни мне без того много в чём повезло.

Я красив, я умён, я прекрасно пою,

Пусть немного болтлив, но не склонен к вранью.

Хоть я шут и паяц, но совсем не глупец,

И поверь, мой король, мне не нужен дворец.

Насмотрелся я всласть на интриги и ложь,

Мне в дорогу уйти уж давно невтерпёж.

Трон оставьте себе, мне милее трактир –

Здесь я только паяц, там — всеобщий кумир.

Правишь ты всей страной, но не песней моей

И указов твоих песня будет сильней.

Захочу — и тираном тебя нареку,

Пусть при этом и нагло народу солгу,

Но запомнят потомки таким короля,

Каким в песне его ославляла земля.

Страже песню не вырвать из уст у молвы,

Менестрели превыше закона, увы.

Потому не велите казнить, мой король,

И дочурке наивность простить уж изволь,

Ведь без спроса любовь поражает сердца,

И не справиться с ней даже лютне певца.

Что однажды пропето — того не забыть,

Даже если за песнь менестреля казнить.

А принцессе скажу напоследок я так:

Не любите шута, с ним плохой выйдет брак.

Лучше слушай советы отца-короля,

Он на троне своём восседает не зря.

Я простой менестрель, а не лорд или принц.

Хоть привык засыпать я в объятьях девиц,

Но одной только лютне я верность храню,

А в короне златой вижу лишь западню.

Мне свобода дороже сокровищ твоих,

Из шута бы плохой получился жених.

Хоть пою о любви — никого не люблю

И пока не готов создавать я семью.

Гнев забудь, мой король, и обид не таи,