Книга Проклятьем заклейменный, страница 101 – Владимир Батаев

А народу-то поубавилось. Это сколько же нас тут вообще осталось? Я без понятия, сколько человек погибло при вчерашнем Прорыве. Ну, минимум двое точно. Пешков и ещё какой-то незнакомый мне парень, ломанувший мимо меня сквозь кусты и нарвавшийся на гулей. А до того из Академии ушли Киреева, Панин, Обухов, Урусов — причём в связи с моими действиями. Ну и неизвестный мне сосед Орловой.

То есть, минус минимум семеро. И осталось нас двадцать девять. Причём девчонок стало сильно больше, чем парней.

— Что ж, раз господа успокоились, продолжим, — поправил пенсне гоблин. — Итак, мир белоглазых. Вполне подходящий для людей, за исключением невозможности применять магию. А вот магические расы, те же тролли, гоблины или эльфы не способны в нём выжить. Гномы могут жить там, но при этом ощущают постоянный дискомфорт. Фактически, стабильный портал в мир белоглазых в данный момент поддерживается как путь эвакуации на крайний случай. Местные жители весьма дружелюбно настроены к землянам. Тем более численность населения белоглазых не слишком велика, а количество мужчин значительно превышает число женщин. Но подобная эвакуация, безусловно, вариант на самый крайний случай. Если стабильность межмировых границ совсем разрушится. Пока нестабильные прорывы в основном сосредоточены здесь, на острове Китеж, и на территории бывшей Поднебесной. Хотя единичные Прорывы могут происходить повсеместно. Но это тема для другой лекции, господа и дамы.

— А белоглазые полукровки могут проходить через порталы? — задал вопрос я.

— Могут, — подтвердил мастер Пролл. — Но только находясь в тесном контакте с человеком или представителем иного вида.

— И насколько тесном? — хихикнула Троекурова.

— Достаточно будет объятий, — сухо отозвался гоблин. — Ох, и почему юные леди этого потока так зациклены на темах, связанных с соитием? — вздохнул он. — Вот молодые люди в основном об оружии спрашивают.

— Да вот как раз поэтому, — не стушевалась Троекурова. — Мальчики всё только об острых железках думают. Вместо того чтоб подумать о нас, девочках, и уделить нам внимание.

В зале поднялся гул женских голосов. Кажется, с Троекуровой были согласны практически все девчонки. Хотя вот уж ей самой, а также Вежлевой и Вяземской грех жаловаться бы!

Парни как-то поникли и поглядывали на своих соседок по столам с настороженностью. Только Одоевский радостно обжимался с Соколовой, и оба были всем довольны. Да уж, похоже, для этой парочки я поработал Купидоном. Кто ж знал, что макание парня головой в унитаз может сблизить его с девушкой… Даже жаль, что мы с Одоевским договорились это скрыть, а то предложил бы остальным такую же услугу. Мне не сложно, им… Ну, вряд ли приятно, но главное же результат! Хотя найдутся ли ещё такие жалостливые дуры, как Соколова?

— Думаю, на этом мы лекцию закончим, — раздражённо прошипел гоблин. — И те, кого больше интересуют отношения с противоположным полом, могут на мои лекции не приходить. У нас тут экзаменов нет.

Нет экзаменов? Интересное учебное заведение, однако. Похоже, тут всё на добровольных началах. Хочешь, учись и тренируйся. Не хочешь, можешь заниматься чем угодно. Но потом в Форпост либо не возьмут, либо помрёшь там во время отражения Прорыва. И опять же всем плевать, дураком жил, дураком и помер. Бабы новых нарожают, как известно.