Книга Мир Печатей. Аристократ по обмену, страница 21 – Владимир Батаев

— Печать! Старый лорд сваял. Ааруша-дорогуша украл. И использовал, гадёныш маленький! Чтобы сбежать! А обещал мне!

В голосе послышались слезливые нотки.

— А тебе зачем? — ляпнул я просто, чтобы не молчать. И уже смелее продолжил: — Печать для переноса в другой мир, я правильно понимаю?

Скартан какое-то время молчал, раскачиваясь из стороны в сторону. Потом издал звук, похожий то ли на всхлип, то ли на вздох. Сделал несколько шагов и уселся на пол посреди комнаты.

— Как объяснить мне то, что разумению твоему недоступно? Как? Возможно, дать прочувствовать то, что чувствовал я все эти сотни лет? Что чувствовал мой народ? Так смотри же!!!

Балахон резко дёрнулся вперёд и в невероятном кульбите вскочил ко мне на кровать. Морщинистые руки вцепились в мои предплечья. Я видел, как по серо-зеленой коже поползли какие-то непонятные знаки. Вот они сорвались с кончиков пальцев и прилипли ко мне.

В следующий миг сознание меня покинуло.

Сначала я почувствовал испепеляющий зной. Как будто я заживо сгорал на солнце. Потом порыв сухого ветра кинул мне в лицо горсть песка. Я попробовал вдохнуть, и песок тут же забился в нос и в рот.

Медленно я приоткрыл правый глаз.

Вокруг, куда ни глянь, простиралась пустыня. Белый песок заполнял все вокруг. Бледно-бледно голубой, практически белый, небосвод сливался с песком где-то в неведомом далеке. Ни единого облачка. Ни намёка на прохладу.

— Это Великая Пустыня! — услышал я голос Скартана. — Место, где я родился. Я и мой народ.

Я не видел ничего, кроме песка. Барханы, дюны, ветер, небо. Или это все ещё песок? Ни единого намёка на что-то живое.

Именно так. Я не видел никого. Но вскоре стал чувствовать близость собратьев. Их безысходность. Обречённость. Страх.

— Здесь нет воды. Здесь нет еды. Одно беспощадно палящее бельмо на небе. Мы вымираем. Растворяемся в песках. Сами становимся песком. Историей. Мгновением, которого никогда не было. Мы влачим жалкое существование на краю мира лишь потому, что посмели быть первыми здесь! Виновные по праву рождения!

Я не хотел этого слышать, но слышал. И это говорил уже не Скартан. Десятки, сотни голосов нестройным хором кричали о своей жажде жить. Жить. Радоваться свету и теплу. Любить.

Но все, что у них было — бесконечная, выжженная пустыня. И обречённость.

Все это давило на меня своей мощью. Я чувствовал, как меня прижимает к земле. К песку. Как он пытается затянуть меня глубже. Чтобы сделать частью себя. Потому что нет смысла бороться. Нет смысла сражаться.

Проще покориться.

Уйти на дно мироздания.

Остаться маленькой песчинкой необъятного мира.

Вернуться к исходу всего сущего.

Меня затягивало все глубже и глубже.

Я сам не понял, что произошло. Только что я стоял на песке. Спустя мгновение — по щиколотку в песке. Спустя ещё одно — по колено.

Я не успел моргнуть, как белый песок достиг локтей. Груди. Засыпался за атласный воротник, щекоча шею.

Ещё немного и он заполнит рот. Нос. Я задохнусь. А на моем месте останется лишь новый бархан. Который в скором времени сравняется с окружающей пустотой.

Вынырнул я так резко, что не сразу понял, — все позади.

Судорожно пытаясь откашляться от невидимого песка, я сполз с кровати на холодный пол.

— Ну как? Видел? — поинтересовался над ухом Скартан.

Вместо ответа я махнул рукой.