Книга Фэнтези и Фантастика. Сборник рассказов и миниатюр, страница 34 – Владимир Батаев

Он схватил полковника за жвала и потянул их в разные стороны, разрывая ротовую полость. Сунув внутрь пальцы, он вонзил их в мягкое нёбо, добираясь до мозга. Несколько раз конвульсивно дёрнувшись, тело полковника замерло на полу.

— Я ненавижу тебя, — медленно произнёс парень, будто перекатывая каждое слово на языке. Покачал головой и вздохнул. — Не выходит.

Вновь включив голограмму на медальоне, он запустил проигрывание:

— «..завтра отправляюсь на Землю, к твоей маме. Она приглашала в гости, хочет видеть, как родится её внук…» — при этих словах девушка на записи погладила себя по едва заметно округлившемуся животу. В уголке голограммы светилась дата — за неделю до стерилизации Парнаса-2.

— Она тебя больше не увидит, — сказал майор своему отражению в зеркале. — Твой сын не узнает отца. Ты ненавидел за это его? — он кивнул на тело полковника. — Или меня?

Он снова пожал плечами и покачал головой.

— Мы не умеем ненавидеть. Это просто война. Жестокость к врагу, милосердие к побеждённым… Добить иногда милосерднее, чем пощадить — как такое можно понять? Даже я, — он усмехнулся своему человеческому отражению, — не понимаю. Доверие к врагу… Ты оказал мне доверие. — Он вновь взглянул на труп полковника. — А чувство долга мы понимаем.

— Курс на Фехран, — приказал майор по внутренней связи. — Проверка и подготовка всего вооружения и боезапаса. Готовность к проведению стерилизации.

Составляющие команду трутни-фехи беспрекословно приступили к выполнению приказа. Родной планете врагов людской расы оставалось быть обитаемой два дня полёта крейсера.

Майор вновь взял в руку медальон. Включил запись.

Он долго молча смотрел в камеру.

— Прости, так вышло. Я не могу поступить иначе. Так нужно. Это война. Я бы хотел, чтобы всё вышло по-другому. Я люблю тебя.

Выключив запись, он намотал цепочку на шею полковника и выбросил тело через шлюз. Люди, прибывшие для расследования гибели станции, должны обнаружить его.

Майор улыбнулся своему отражению в зеркале.

— Я не научился ненавидеть, но, возможно, научился лгать. Становлюсь ли я человеком?

Он пожал плечами. Его исключительно логичный разум просчитывал тактические последствия последнего стратегического решения.

Неделю спустя президент Земной Федерации подбросил монету, чтобы решить, заключить мир с фехранами, пострадавшими от геноцида со стороны признанного психически невменяемым солдата Федерации или истребить проклятых жукомордых тварей, пока они разгромлены и не собрались с силами.

Поглядев на лежащий на его столе медальон, президент пожал плечами, пинком отправил монету в угол, не глядя, как она упала, и подмахнул приказ.

Здесь нет границ, кроме собственной ограниченности, нет преград, кроме внутренних табу. Здесь вымысел становится реальностью, а миф превращается в непреложную истину. Здесь можно воплотить все свои желания и фантазии — благородные и прекрасные или мерзкие и отвратительные. Здесь возможно всё, достаточно только вообразить. Здесь каждый является тем, кем хочет и делает то, что желает.

Здесь можно убить дракона или стать драконом. Быть прекрасным принцем или злым колдуном, богом или демоном, творцом или разрушителем миров. Прожить тысячи жизней и умереть тысячью смертей, никогда не рождаясь. Здесь каждый сам себе демиург. Здесь можно создать что угодно. Здесь даже возник я.